Письмо 10

Левин М.Б. Наука CONTRA астрология – Письмо 10

Левин М.Б. Наука CONTRA астрология

Письмо 10

Помнится мне, в прошлом году и в поза-позапрошлом письме разбирал я третью главу Вашей статьи и возник у меня вопрос: а что же такое - эта самая наука, которую Вы так романтически описываете в последнем абзаце? Чем отличается она от "не науки"? Вы приводите некие особые черты науки, которые её вроде бы характеризуют:

Современная наука опирается на твердо установленные факты … ограниченность современной науки … в требовании твердого фактического фундамента под всеми построениями …

и т.д. Задумался я: а можно ли, опираясь на эти характеристики, отличить науку, скажем, от кулинарии или парикмахерского дела? Вы говорите нам: факты, обоснованные теории, строгие доказательства и подтверждения и прочее. С логическими доказательствами наука благополучно покончила, вытеснив декартовский рационализм на обочину.

Сейчас доказательства - это сложная математика, призванная обосновывать бездоказательные интеллектуальные конструкции. Факты, экспериментальные подтверждения? Про факты мы уже достаточно говорили: ясно, что научные факты являются производными научных теорий. Экспериментальные подтверждения? Я думаю, этим науке особо гордиться не стоит. И факты, и экспериментальные подтверждения - неотъемлемая черта любой практической деятельности. Возьмите любое ремесло: коневодство, шиномонтаж, строительство, кулинарию, да всё, что хотите - всюду нужны факты и экспериментальные подтверждения.

Причём, в практической деятельности факты и подтверждения понадёжнее, чем в любой физике: вы можете проверить и на ощупь, и на вид, и по результатам, а в кулинарии ещё и на вкус. Люди с древнейших времён имели дело с фактами и экспериментальными подтверждениями - от этого зависела их жизнь, не то, что у астрономов, занимающихся эволюцией звёзд. Да и как без фактов и экспериментальных подтверждений они могли бы создать основу современной культуры, одомашнить животных, вывести чистые сорта растений, строить удивительные здания, создать алгебру и геометрию и т.д.?

Человек древнекаменного века был уже вполне сформировавшимся homo sapiens, перед которым стояли сложнейшие проблемы, и он решал их с поразительной изобретательностью. Науку всегда ценили за ее достижения. Так не будем же забывать о том, что изобретатели мифов овладели огнем и нашли способ его сохранения. Они приручили животных, вывели новые виды растений, поддерживая чистоту новых видов на таком уровне, который недоступен современной научной агрономии. Они придумали севооборот и создали такое искусство, которое сравнимо с лучшими творениями культуры Запада. Не будучи стеснены узкой специализацией, они обнаружили важнейшие связи между людьми и между человеком и природой и опирались на них в интересах совершенствования своей науки и общественной жизни: наилучшая экологическая философия была в древнекаменном веке. Древние народы переплывали океаны на судах, подчас обладавших лучшими мореходными качествами, чем современные суда таких же размеров, и владели знанием навигации и свойств материалов, которые, хотя и противоречат идеям науки, на поверку оказываются правильными.
("Против методологического принуждения". В кн.: Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки. М., 1986. с.125-467
Feyerabend P.K. Against Method. Outline of an anarchistic theory of knowledge. London, 1975)

Мы видим, что и эксперименты, и исследования были уже в далёком прошлом и ничуть не менее эффективны, чем сейчас. Да и сегодняшние ремёсла не меньше опираются на фактические данные, чем наука. И кулинария, и парикмахерское дело тоже опираются на твёрдо установленные факты, причём факты эти установлены куда твёрже, чем в физике.

Солёный огурец или варёная картошка - вот настоящие факты, в отличие от количества молекул в единице объёма. Вы можете сказать, что в этих областях нет теории, эксперимента, исследований и прочего, присущего физике. Отчего же нет? Хороший кулинар - блестящий экспериментатор. И теории там хватает. Да и в парикмахерском деле тоже. Чуток воображения и перед Вами предстанет прекрасный образ парикмахеров-исследователей. Правда, в этом случае их уже следует называть не парикмахерами, а мастерами. Я не буду сам доказывать, что парикмахерское дело можно превратить в великую науку, - за меня это уже сделали другие. Не могу удержаться от здоровенной цитаты:

… Около меня мгновенно возник портье.
- К вашим услугам, - нежно прошелестел он. - Автомобиль? Ресторан? Бар? Салон?
- Какой салон? - Полюбопытствовал я.
- Парикмахерский салон. - Он деликатно взглянул на мою прическу. - Сегодня принимает мастер Гаоэй. Усиленно рекомендую.
Я вспомнил, что Илина назвала меня, кажется, патлатым першем, и сказал: "Ну что ж, пожалуй". - "Прошу за мной", - Сказал портье. Мы пересекли вестибюль. Портье приоткрыл низкую широкую дверь и негромко сказал в пустоту обширного помещения:
- Простите, мастер, к вам клиент.
- Прошу, - произнес спокойный голос.
Я вошел в салон. В салоне было светло и хорошо пахло, блестел никель, блестели зеркала, блестел старинный паркет. С потолка на блестящих штангах свисали блестящие полушария. В центре зала стояло огромное белое кресло. Мастер двигался мне навстречу. У него были пристальные неподвижные глаза, крючковатый нос и седая эспаньолка. Больше всего он напоминал пожилого, опытного хирурга. Я робко поздоровался. Он коротко кивнул и, озирая меня с головы до ног, стал обходить меня сбоку. Мне стало неуютно.
- Приведите меня в соответствие с модой, - сказал я, стараясь не выпускать его из поля зрения. Но он мягко прижал мой рукав и несколько секунд дышал за моей спиной, бормоча: "Несомненно... Вне всякого сомнения..." Потом я почувствовал, как он прикоснулся к моему плечу.
- Несколько шагов вперед, прошу вас, - сказал он строго. - Пять-шесть шагов, а потом остановитесь и резко повернитесь кругом.
Я повиновался. Он задумчиво разглядывал меня, пощипывая бородку. Мне показалось, что он колеблется.
- Впрочем, - сказал он неожиданно, - садитесь.
- Куда? - спросил я.
- В кресло, в кресло, - сказал он.
Я опустился в кресло и смотрел, как он снова медленно приближается ко мне. На его интеллигентнейшем лице вдруг появилось выражение огромной досады.
- Ну как же так можно? - произнес он. - Это же ужасно!..
Я не нашелся что ответить.
- Сырье... Дисгармония... - бормотал он. - Безобразно... Безобразно!
- Неужели до такой степени плохо? - Спросил я.
- Я не понимаю, зачем вы пришли ко мне, - сказал он. - Ведь вы не придаете своей внешности никакого значения.
- С сегодняшнего дня начинаю придавать, - сказал я.
Он махнул рукой.
- Оставьте!.. Я буду работать вас, но... - Он затряс головой, стремительно повернулся и отошел к высокому столу, уставленному блестящими приборами. Спинка кресла мягко откинулась, и я оказался в полулежачем положении. Сверху на меня надвинулось большое полушарие, излучающее тепло, и сотни крошечных иголок тотчас закололи мне затылок, вызывая странное ощущение боли и удовольствия одновременно.
- Прошло? - Спросил мастер, не оборачиваясь. Ощущение исчезло.
- Прошло, - ответил я.
- Кожа у вас хорошая, - с некоторым удовольствием проворчал мастер.
Он вернулся ко мне с набором необыкновенных инструментов и принялся ощупывать мои щеки ...

Я не буду даже приводить ссылку: Вы наверняка узнали это произведение. Напомню только главу: четвёртая, самое начало. Смотрите, какой образ специалиста, любящего свою великую науку, создали Ваши коллеги (один из братьев ведь был Вашим коллегой)! А чуть дальше перед нами предстаёт образ талантливого учёного, пытливого исследователя. Вот слова мастера Гаоэя:

… Стать мастером нетрудно, трудно оставаться мастером. Масса литературы, масса новых методов, новых приложений, за всем надо следить, надо непрерывно экспериментировать, исследовать, и надо непрерывно следить за смежными областями - бионика, пластическая медицина, органика... И потом, вы знаете, накапливается опыт, появляется потребность поделиться. Вот мы с Милем пишем уже вторую книгу, и буквально каждый месяц нам приходится вносить в рукопись исправления. Все устаревает на глазах.

Сейчас я заканчиваю статью об одном малоизвестном свойстве врожденно-прямого непластичного волоса, и вы знаете, у меня практически нет никаких шансов оказаться первым. Только в нашей стране я знаю трех мастеров, занятых тем же вопросом. Это естественно: врожденно-прямой непластичный волос - это актуальнейшая проблема. Ведь он считается абсолютно неэстетируемым …

Вот и утверждайте после этого, что парикмахер - не учёный. Не сейчас, так в скором будущем, описываемом в данном произведении, парикмахерское дело сравняется с квантовой механикой по уровню научности. Может быть, в предвидении будущих достижений стоит ввести факультет парикмахерологии в МГУ и соответствующее отделение в Российскую Академию Наук? Как Вы думаете? Я полагаю, Вы будете возражать. А чего же может не хватать парикмахерам? Математики? Кант, помнится, сказал, что "в каждой науке столько истины, сколько в ней математики".

Ну, вокруг врожденно-прямого непластичного волоса столько математики можно наворотить, что и физикам страшно станет. А вокруг врожденно-прямого пластичного ещё больше - пластичность открывает огромные возможности для применения евклидовой и всевозможных неевклидовых геометрий. Значит, дело всё же не в математике. И не фактах, и не в экспериментальном материале.

Впрочем, в шестом письме я показал, что наука вовсе не нуждается в фактах: если надо, она их сама создаст из ничего. Но суть в другом: Вы забыли в своей статье, чем всё же характеризуется наука. У Вас она ничем не отличается от того, что греки называли "технэ" - от мастерства, умения. Помните, в четвёртом письме я писал, что у греков было "технэ" и была философия (чтобы не пользоваться постоянно греческим словом "технэ", я заменю его на русское слово "ремесло": в понятие "ремесло" войдут все технические дисциплины, все искусства и ремёсла; войдут сюда и все "технические" науки, например, сельскохозяйственные). И пока мы не нашли ничего, что отличало бы науку от ремесла.

Что касается теорий, то конечно столь развитых концепций, как в физике в ремёслах не найти, хотя бы потому, что ремесло кормит само себя, а наука, в особенности фундаментальная, оплачивается обществом. Поэтому в науке можно десятки лет заниматься созданием сложных теорий, а в ремёслах в этом нет нужды. Кроме того, если мы чуть отойдём от физики и посмотрим на остальные науки, то увидим, что большинство из них не обладает сложными теориями, которые поднимали их в этом отношении над ремёслами.

Например, агрономия. Как мы видим из текста Фейерабенда, современная "научная" агрономия менее эффективна, чем древняя, "ненаучная". Но при этом существует целая Академия Сельскохозяйственных Наук! А есть ещё Академия Медицинских Наук. А медицина - та же кулинария, только оснащённая более дорогими техническими средствами, а медицинские теории и схемы лечения структурно не сложнее кулинарных рецептов. Самая эффективная область медицины - хирургия - чистое ремесло, которым, кстати сказать, успешно владели задолго до появления евронауки - те же египтяне.

В общем, всё, что Вы перечисляете в качестве особых черт науки, не работает: всё это в не меньшей степени относится и к ремёслам. Но есть у науки одна черта, про которую Вы, может быть, забыли, а может быть, постеснялись сказать. Но я не учёный, а астролог, поэтому мне стесняться нет необходимости.

Различие между ремёслами (технэ) и наукой (философией, геометрией и т.д.) провели ещё древние греки. Делом ремесёл было накапливать практические знания и умения, а философия пыталась понять первоосновы мироздания. И это самая главная черта науки как социального явления: онтологическая, как говорят философы - изучать и объяснять устройство мира.

И не пытайтесь из скромности отказываться от этой великой функции науки - Вы же берёте на себя смелость указывать нам, как надо мыслить о мироздании, берётесь утверждать, как надо изучать мир, берётесь указывать, что в мире должно быть, а чего быть не должно. Вы берётесь судить об астрологии и при этом очень далеко выходите за границы своего ремесла - астрономии. А это означает, что Вы и Ваши единомышленники признают за собой и своей наукой это право - судить об устройстве мира в целом.

Сам факт возникновения статей, подобных Вашей, говорит о том, что и так ясно: европейская наука взяла на себя функции и задачи греческой философии. Именно этим и отличается она от различных чисто технических дисциплин и практических искусств: за научными результатами стоит представление об устройстве мироздания.

Со мной согласятся и философы, и культурологи - это общая для них точка зрения: отличие науки от технических дисциплин в том, что за наукой стоит онтология, то есть, система представлений о фундаментальных принципах бытия. В чём принципиальное отличие ремесла от науки? Я уже писал, что для ремесла не имеет значения, как устроено мироздание, важно, чтобы работали конкретные технические схемы и правила. Во всём остальном никаких отличий нет - и там, и там есть эксперимент, теория, наблюдения. Есть и математика, так что Кант был бы доволен.

Весь этот абзац написан для того, чтобы особо подчеркнуть специфическую роль европейской науки. Взяв на себя функции, которые выполняла греческая философия, европейская наука на этом не остановилась. Её захотелось стать чем-то существенно большим, чем просто философия и она сумела добиться этого. Сегодня она играет роль центрального мифа, описывающего устройство мира. Почему я называю науку мифом? Отнюдь не из желания как-то унизить науку. Слово "миф" в данном контексте имеет совсем другое значение. В любой культуре существует центральный миф, описывающий устройство мира, силы, действующие в этом мире, и место человека в нём. Этот миф как единое целое обычно складывается из различных повествований о богах, духах, обожествлённых героях и первопредках. Но суть мифа совсем в другом: он организует и структурирует мир.

Все этические принципы каждой культуры, вся система общественных отношений прямо или косвенно основываются на этом мифе. Без такого мифа не могла бы существовать никакая культура, поскольку без него Вселенная распадается (в уме человека, разумеется) на отдельные куски и жизнь теряет смысл и цель. Без него человек оказывается один в хаотическом и бессмысленном мире.

Так уж устроен человек, что ему совершенно необходимо видеть в своей жизни какой-то смысл и обладать какой-нибудь целью, а это возможно только в разумном и организованном мире. Психолог и философ Виктор Франкл блестяще показал в своих работах, что одним из главных, если не самым главным источником неврозов является отсутствие смысла и цели в жизни; он назвал такие неврозы ноогенными - "порождёнными разумом", т.е. вытекающими из неудовлетворённых требований разума. И такие неврозы не слабее, а зачастую значительно сильнее неврозов, порождённых вытеснениями и фрустрациями иной природы.

… характерная составляющая человеческого существования - трансцедентирование, превосхождение себя, выход к чему-то иному. Говоря словами Августина, человеческое сердце не находит себе покоя, пока оно не найдёт и не осуществит смысл и цель жизни.
(В. Франкл. Человек в поисках смысла. Москва, "Прогресс", 1990. - стр. 288)

Понятно, что найти цель и смысл можно только в организованном мире. И миф в прежних культурах играл роль основы мировоззрения, организовывавшего мир. В монотеистических культурах эту роль стало играть Священное Писание и Предание. И в раннем средневековье в Европе та картина мира, которую предлагала церковь, вполне устраивала европейцев. Но в эпоху Ренессанса в Европе на основе вновь обретённой греческой традиции начала развиваться схоластика и, параллельно с ней, инженерная мысль - технические ремёсла, из которых позже вышла европейская наука, предложившая свой способ описания мира.

Естественно, этот способ описания мира вырос не на пустом месте, а из той культурной среды, в которой он возник. Он был предельно созвучен атмосфере позднего Ренессанса и Нового времени, поэтому и получил столь быстро всеобщее признание. Наука довольно скоро начала теснить церковь, отняв у неё сначала право на физическое описание мира, а позже и вовсе выпихнув её из сферы познания. Церковь на первых порах пыталась активно сопротивляться (все мы знаем легендарные исторические эпизоды борьбы церкви с новым - научным - мировоззрением), но проиграла этот раунд вчистую и вынуждена была искать себе новое место в европейской культуре. В результате она заняла место "домашней" религии, взяв на себя заботу о повседневных делах.

А роль суперсистемы, описывающей мироздание в целом, досталось науке. Исторически такое "разделение труда" известно, оно есть и в других культурах: одна религия или философская система (иногда, пришедшая "со стороны") берёт на себя задачу описания мира, из которого вырастает космический смысл и цели человеческой жизни, а другая занимается повседневными делами прихожан. В Китае так сосуществуют традиционный, "народный" даосизм и конфуцианство, в Японии - "родной" синтоизм и заимствованный буддизм.

Синто и буддизм - трудно себе представить более разительный контраст. С одной стороны, примитивный языческий культ обожествления природы и почитания предков; с другой - вполне сложившееся вероучение со сложной философией.

Две столь несхожие религии мирно ужились и продолжают сосуществовать.

Когда приезжий, постепенно разобравшись в этих различиях (между синтоизмом и буддизмом - М. Л.), задаёт, наконец, вопрос, сколько же в Японии синтоистов и сколько буддистов, он слышит в ответ весьма странные цифры. Судя по ним, получается, что общее число верующих в стране вдвое превышает численность населения. Это означает, что каждый японец причисляет себя и к синтоистам, и к буддистам.
(Овчинников В. В. Сакура и дуб. Москва, "Сов. Россия", 1983. - стр. 19-20)

Разумеется, право описывать мироздание синтоизм предоставляет буддизму. В Китае к двум традиционным религиям присоединяется ещё коммунистическая идеология. Нам в России это вполне понятно - наши граждане живут по такому же принципу: в церкви крестят детей, отпевают усопших, ходят на Пасху святить куличи, ставят свечки в случае всяческих неприятностей, освящают фирмы и автомобили, но живут совсем по другой системе описания мира.

Синто оставил за собой все местные общинные празднества, связанные с явлениями природы, а также церемонии, которыми полагается начинать какое-либо важное дело: например, пахоту или жатву, а в наше время - закладку небоскрёба или спуск на воду танкера-гиганта. (Там же, - стр. 21)

Смотри ты, и у них так же! В общем, в новой Европе сложилась аналогичная картина: наука описывает мир, церковь освящает домашние праздники. Всю недёлю живём по общепринятой (научной) картине мира, в воскресенье всей семьёй идём в костёл (кирху и т.п.), потом общий семейный обед, затем возвращаемся к будничной системе мира.

И Вы, мой уважаемый оппонент, несомненно, разделяете мой взгляд на место науки в европейской культуре. Конечно, Вы будете отрицать идеологическую ипостась евронауки. Но из Ваших же писем видно, что она есть! Если бы физика или астрономия были только узкими сферами человеческой деятельности, занимающимися сугубо специальными вопросами, то вряд ли Вы и Ваши старшие товарищи по борьбе из Академии Наук решились бы на подобную наглость: диктовать людям другой профессии, как им следует работать и мыслить. Представьте себе, что пивовар придёт к учёным объяснять им, как должна быть устроена современная физика с точки зрения теории и методологии пивоварения. Нелепо? - Да, нелепо: специалисту стоит в своих суждениях ограничиться сферой того, в чём он специалист. Но ни Вы, ни Ваши коллеги этим не ограничиваются. Вот выдержки из Вашей статьи:

Формальное преподавание естественных наук, без акцента на отличии их метода изучения природы от религиозных, оккультных и мистических методов познания, не создает надежного иммунитета к иррациональному. Читатель вправе спросить, а кому нужен такой иммунитет. Отвечу: в руки людей, получивших физико-математическое образование, общество отдает технику все более разрушительной силы, функционирующую по сугубо рациональным законам. Поэтому даже с чисто прагматической точки зрения желательно, чтобы сознание этих людей не было затронуто мистикой. Впрочем, есть и другие аргументы. Но вернемся к астрологии.
…………
Какую же из астрологий мы имеем в виду, когда говорим о необходимости борьбы с ней? Да очень просто - ту, которая, не будучи наукой, рядится в ее одежды.
…………

Преподаватели должны попытаться понять причины увлечения астрологией, если хотят эффективно бороться с этой лженаукой, которая претендует на звание науки, не будучи таковой

Вы судите, Вы призываете бороться, Вы определяете, каким должно быть мышление будущих учёных и просто культурных людей. Вас смущает, что оно не такое, каким, по Вашему мнению, оно должно быть - этому посвящена вся первая глава. Вы даже статистику навели. Может быть, Вы осваиваете новую специальность или у Вас хобби такое? - Отнюдь нет: во всей статье Вы выступаете от имени всей науки в качестве профессионального учёного, а совсем не в качестве кустаря-социолога. Да и Ваши коллеги стройными рядами идут в бой:

Заслушав и обсудив доклад председателя Комиссии РАН по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований академика Э.П. Круглякова, Президиум РАН одобрил деятельность этой комиссии и согласился с ее выводами и предложениями. Президиум РАН также одобрил проект обращения к научным работникам России, профессорам и преподавателям вузов, учителям школ и техникумов, всем членам российского интеллектуального сообщества, подготовленный Комиссией по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований. Это обращение публикуется ниже.                      

НАУЧНЫМ РАБОТНИКАМ РОССИИ,
ПРОФЕССОРАМ И ПРЕПОДАВАТЕЛЯМ ВУЗОВ,
УЧИТЕЛЯМ ШКОЛ И ТЕХНИКУМОВ,
ВСЕМ ЧЛЕНАМ РОССИЙСКОГО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОГО СООБЩЕСТВА

В настоящее время в нашей стране широко и беспрепятственно распространяются и пропагандируются псевдонаука и паранормальные верования: астрология, шаманство, оккультизм и т.д. Продолжаются попытки осуществлять за счет государственных средств различные бессмысленные проекты вроде создания торсионных генераторов. Население России оболванивается теле- и радиопрограммами, статьями и книгами откровенно антинаучного содержания. В отечественных государственных и частных СМИ не прекращается шабаш колдунов, магов, прорицателей и пророков. Псевдонаука стремится проникнуть во все слои общества, все его институты, включая Российскую академию наук. Эти иррациональные и в основе своей аморальные тенденции, бесспорно, представляют собой серьезную угрозу для нормального духовного развития нации.
Российская академия наук не может и не должна равнодушно взирать на беспрецедентное наступление мракобесия и обязана дать ему должный отпор. С этой целью Президиум РАН создал Комиссию РАН по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований.

Комиссия РАН по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований уже начала действовать. Однако совершенно очевидно, что существенного успеха можно достичь только в том случае, если борьбе с псевдонаукой будут уделять внимание широкие круги научных работников и педагогов России.

Президиум РАН призывает вас активно реагировать на появление псевдонаучных и невежественных публикаций как в средствах массовой информации, так и в специальных изданиях, противодействовать осуществлению шарлатанских проектов, разоблачать деятельность всевозможных паранормальных и антинаучных "академий", всемерно пропагандировать подлинные достижения и ценности научного знания, рациональное отношение к действительности.

Мы призываем руководителей радио- и телевизионных компаний, газет и журналов, авторов и редакторов программ и публикаций не создавать и не распространять псевдонаучные и невежественные программы и публикации и помнить об ответственности СМИ за духовное и нравственное воспитание нации.

Это громогласное послание к "интеллектуальным вождям" народа России следует обсудить отдельно. Но, не вдаваясь в детали, можно догадаться, даже не имея диплома физика, что его содержание слегка выходит за рамки изучения элементарных частиц. Перед нами идеологический документ и его авторы идеологи. Да ещё какие! Активные, напористые агитаторы и пропагандисты, громогласно призывающие бороться, разоблачать, противодействовать и прочее. Можно подумать, что подобный настрой члены комиссии принесли из советских времён. Наверное, не без этого. Но не только! Западная научная среда в этом отношении ничем не лучше нашей, а то и хуже. Вот отрывок из статьи:

"Дивный новый мир" большой науки

Хальтон Арп из Института Макса Планка в Германии запечатлел тревожность возникшей ситуации в названии эссе, опубликованного в "Journal of Scientific Exploration" (т. 14, N 3): "К чему пришла наука?" Он не смягчает слов: "...то, что большинство людей принимает сегодня за фундаментальную науку, немногим отличается от того, во что превратилась организованная религия несколько веков назад. Самый вредоносный ее аспект сегодня - широко распространенные теории, которые противоречат наблюдениям и экспериментам..."
Наука больше не является беспристрастным, аполитичным институтом, как раньше. Большая наука сейчас - это чванная, крайне политизированная структура, которая использует те же самые стратегии и пиар-уловки, что и Большой Бизнес с Большим Правительством.

Хальтон Арп видит в этом более коварную сторону: "Хотя религия, возможно, заимствовала жаргон науки, наука, что более важно, переняла методы религии".

Стив Вайнберг легко мог стать кардиналом средневековой церкви, а Роберт Джан - еретиком. В воздухе висит запах догмы и веры, который разносят попы от науки в XXI веке. Он чувствуется в стремлении подвергать цензуре "неприемлемые" доктрины и поучать окружающих в духе церковных проповедей.
(Уилл Харт. Подавление инакомыслия в науке. Журнал "NEXUS" №1, март-апрель 2004)

Это не голословные утверждения. Автор предварил свои выводы целой серией ярких примеров, подтверждающих его выводы. Я бы тоже мог привести немало подобных примеров, да и приводил уже в предыдущих письмах. Но ещё один - самый выдающийся - приведу прямо сейчас, очень уж хочется: это знаменитая теория о происхождении человека от обезьяны.

Совсем недавно отмечали сколько-то-летие Дарвина. Естественно, в связи с этим поминали и теорию происхождения человека, но уже не столь хвалебными словами, как раньше. Это и понятно: доказательств данной теории не было тогда и не стало больше сейчас. Непонятно другое: как научное сообщество так быстро приняло теорию, доказательством которой является одно лишь внешнее сходство, причём довольно поверхностное? Фактов как не было, так и нет, а приняли, сделали символом истинной науки и просвещения.

Во всех европейских странах, в том числе и в России, немедленно перевели и начали пропагандировать и рекламировать мощнее, чем сегодня рекламируют женские прокладки. Так называемое культурное сообщество вслед за учёными приняло эту теорию. Общественное мнение весьма агрессивно реагировало на любое высказывание против. Не принимать теорию происхождения человека стало признаком культурной и интеллектуальной отсталости. И сегодня её преподают в школах как нечто совершенно обоснованное. Всё, что против, - суеверие и мракобесие. Такие дела!

Ну и как можно назвать эту совершено необоснованную выдумку? Первое, что напрашивается: миф. И после размышления приходим к тому же: именно, миф, выполняющий в новоевропейской культуре роль, соответствующую как раз мифу. В течение нескольких веков в Европе выстраивалось мировоззрение, одной из основных особенностей которого было отсутствие Бога. Обоснований, естественно, не было да и быть не может. Но очень уж хотелось построить подобную систему мышления. И строили, ещё как строили! До сих пор в исторической литературе и в обиходе слагают песни героям - учёным, боровшимся с суеверием и мракобесием. Целый жанр возник, очень напоминающий по стилю предания о древних богатырях.

Это естественно: без героического эпоса ни одна культура не обходится. Лидерами были, разумеется, физики и астрономы, но и другие им старательно помогали. И почти уже выстроили стройное здание "научного мировоззрения". Строили, правда, на песке, но думали, что на камне.

Одно мешало - с жизнью было не всё в порядке: не удавалось хоть как-нибудь объяснить удивительную гармонию и согласованность многообразных форм жизни, редчайшую, разумнейшую организованность живой природы. А заодно и объяснить феномен homo sapiens - человека разумного: как возник разум. Ведь очень важно было всё свести к чистой материи, никак нельзя было разрешить разуму существовать самостоятельно - тогда не удалось бы достичь главной цели: устранить из мира Бога, душу. Надо было сознание и разум сделать некими случайными результатами материальных процессов. Совсем отрицать их всё же было нельзя - этому даже не все фанатики новой "научной" религии смогли бы поверить.

И тут появляется Дарвин со своим творчеством: теорией естественного отбора и фантазиями о происхождении видов. И Дарвина вместе с его продуктом немедленно принимают на ура. Почему? - Да очень уж к стати пришлись его творения жаждущему евронаучному мышлению. Они заткнули дыру, которая чрезвычайно мешала строителям нового мировоззрения. Конечно, к легендам Дарвина пришлось довыдумать ещё несколько легенд: о случайном возникновении новых видов, о труде, создавшем из обезьяны человека, и прочие. Это быстренько сделали и в результате возник цельный, законченный миф, играющий одну из главных ролей в евронаучном мировоззрении, если не самую главную.

Конечно же, этот миф - не единственный. Вот сейчас активно создают и уже почти создали евронаучный миф о сотворении мира: теорию Большого взрыва. Дыр в этой теории больше, чем содержательного материала, но евроучёным это нипочём. Они деликатно называют эти дыры "трудностями" и свято веруют, что удастся выдумать что-нибудь ещё, что эти дыры заткнёт.

Надо бы здесь привести цитату из творчества Айзека Азимова. Блестящий фантаст в данном случае выступает в качестве популяризатора науки. Вот что он пишет в конце долгих "научных" рассуждений о теории Большого взрыва:

… видимо, придёт время, когда все трудности концепции естественного создания останутся позади.
(Айзек Азимов. Взрывающиеся солнца. Москва, "Наука", 1991. - стр. 132)

Обязательно надо построить концепцию именно естественного создания, а то у людей вопросы остаются.

Итак, что же мы видим? - "Трудности" ещё есть, но концепцию уже приняли. Надо бы ещё успеть раздать за неё серию Нобелевских премий до того, как это стройное здание научной теории рухнет под собственным весом.

Нас не должно обманывать слово "естественный" в подобных текстах. Это не более чем стыдливый эвфемизм. В теории случайного возникновения жизни, как и в "естественном" создании Вселенной ничего естественного нет, но очень много противоестественного. Но научные идеологи слово "естественное" используют несколько иначе, а именно, в качестве оппозиции к сверхъестественному. У всех этих теорий-мифов цель одна и та же - устранить из мира сверхъестественное, то есть всё нефизическое.

За одной "естественной" теорией у автора, как и положено, следует другая "естественная" же теория: теория случайного возникновения жизни:

В 1952 г. Американский химии Стэнли Миллер (р. 1930) сделал следующий опыт. Он тщательно очистил и стерилизовал воду и добавил в неё "атмосферу" из водорода, аммиака и метана, копируя таким образом состав атмосферы-1 (первичная атмосфера Земли по мнению некоторых учёных - М. Л.). Смесь, которую Мюллер пропускал через свою аппаратуру, подвергалась воздействию электрических разрядов, которые должны были имитировать эффект грозовых разрядов. Так продолжалось в течение недели. Когда затем он разделил компоненты своего водного раствора, он обнаружил вновь образованные простые органические соединения, в том числе несколько аминокислот, являющихся кирпичиками, из которых состоят белки - важнейшие компоненты живой ткани.
……..
Конечно эксперименты эти никоим образом не приблизили нас к системе, которую можно было бы рассматривать как живую, пусть даже в самой простейшей форме. С другой стороны, в условиях лаборатории, когда работа велась на малых количествах веществ в ограниченных промежутках времени, эти результаты можно назвать поразительными; во всяком случае, это уже заметный большой шаг в направлении к жизни.
Давайте вообразим себе целый океан простых соединений, которые подвергаются воздействию разных видов энергии в течение сотен миллионов лет! Тогда мы легко представим себе и поймём период химической эволюции, который кончился с появлением первых живых клеток 3,5 млрд лет назад. (Там же. - стр. 187, 188)

Эта научно-популярная книжка - наверное, самое фантастическое из всех произведений Азимова. Нигде он не достигал такого невообразимого полёта фантазии, как в этих строчках. "Мы легко представим себе и поймём" - ему легко представить и понять, он фантаст. А как мне, простому лжеучёному, не обладающему такой развитой фантазией представить это себе, а уж тем более, понять? Может быть Вам неясно, в чём у меня затруднения? Я, на всякий случай, поясню. Давайте заменим в этом отрывке из творчества Азимова слова "живые клетки" на слова, ну, скажем "концертные рояли":

Давайте вообразим себе целый океан простых соединений, которые подвергаются воздействию разных видов энергии в течение сотен миллионов лет! Тогда мы легко представим себе и поймём период химической эволюции, который кончился с появлением первых концертных роялей …

Ну как, легко себе такое представить и понять: концертный рояль, появляющийся в результате случайных химических процессов, даже очень длительных? А ведь живая клетка на много порядков сложнее концертного рояля. Она умеет питаться, распознавать нужные ей вещества в окружающей среде. Но самое удивительное - она умеет воспроизводить сама себя. И все эти способности возникли случайным путём?

Да скорее сам по себе возникнет не то что рояль, а полный готический собор вместе с орга?ном! Вы задумайтесь: ведь умение питаться и умение размножаться должны возникнуть одновременно, иначе не получится эволюции. И это возникло случайно? Эксперимент Миллера и другие подобные эксперименты, упомянутые в книге Азимова, должны нас убедить в том, что жизнь может возникнуть случайно. Но меня это не убеждает. Автор, конечно, признаёт, что в экспериментах получены только простейшие кирпичики. Но мы должны поверить: раз уж случайно получены кирпичи, то из кирпичей может случайно возникнуть и готический собор.

Куда девается всё научное мышление, когда дело доходит до священных мифов евронауки? Неужели непонятно, что сложность клетки на много порядков выше сложности простеньких органических соединений, полученных Миллером. При росте уровня сложности вероятность будет падать по экспоненте. Разве трудно взять карандаш в руки (или сесть за компьютер) и прикинуть вероятности? Если бы дело касалось чего-нибудь идеологически более нейтрального, наверняка, или Миллер, или его научный руководитель так и сделали бы. Но здесь мы касаемся священного мифа и у жрецов науки логическое мышление отключается.

Итак, можно с уверенностью заключить: одна из самых главных составляющих науки в европейском смысле слова - её идейная компонента. Именно наличие такой компоненты отличает науку от ремесла. Но, в отличие от древнегреческих философов, пытавшихся объяснить мир, современные учёные не столько его объясняют, сколько предписывают ему, каким он должен быть. А заодно предписывают нам, как мы должны мыслить.

Само собой разумеется, что мы должны беспрекословно верить всему, что нам сообщают светила науки и придерживаться того образа мысли, какой они нам предписывают. Вы в своей статье ничтоже сумняшеся указываете преподавателям вузов, как они должны промывать мозги студентам, а маститые академики в своём послании идут ещё дальше, давая подобные указания школьным учителям.

Действительно, промывать, так промывать - чем раньше, тем лучше! Хорошо бы начинать с яслей или хотя бы с детского сада. Нужно отдать им должное - про средства массовой информации не забыли: промывка должна быть всеобщей! Прав Пол Фейерабенд:

Наука гораздо ближе к мифу, чем готова допустить философия науки. Это одна из многих форм мышления, разработанных людьми, и не обязательно самая лучшая. Она ослепляет только тех, кто уже принял решение в пользу определенной идеологии или вообще не задумывается о преимуществах и ограничениях науки. Поскольку принятие или непринятие той или иной идеологии следует предоставлять самому индивиду, постольку отсюда следует, что отделение государства от церкви должно быть дополнено отделением государства от науки - этого наиболее современного, наиболее агрессивного и наиболее догматического религиозного института. Такое отделение - наш единственный шанс достичь того гуманизма, на который мы способны, но которого никогда не достигали. ("Против методологического принуждения". В кн.: Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки. М., 1986. с.125-467 Feyerabend P.K. Against Method. Outline of an anarchistic theory of knowledge. London, 1975)

Как мы видим, наука, действительно, наиболее современный, наиболее агрессивный и наиболее догматический религиозный институт. И красочнее всего это подтверждает послание Комиссии РАН, призывающее к крестовому походу против еретиков.

Есть и ещё одно подтверждение. Помните такое выражение, которым почтительно именовали учёных в двадцатом веке - "жрецы науки"? Вы скажете: просто красивый образ. Психолог Вам скажет, что просто образов не бывает: любой образ связан с бессознательной ассоциацией. Выходит, и сами учёные, и общество ассоциировало науку как социальное явление именно с новой верой.

Итак, в лице науки мы имеем дело с новой религией, оформившейся в весьма развитый религиозный институт, подмявший под себя и образование, и СМИ. Возник он где-то в 17-18 веках, и с самого появления этот новообразовавшийся религиозный институт начал создавать целую систему мифов и легенд. Легенды возвышали всё, согласующееся с новым мировоззрением, и принижали, даже втаптывали в грязь всё остальное.

Историки, заразившиеся физическим стилем мышления, выдумывали целые легенды о "тёмных средних веках", о жутких рабовладельческих царствах древнего Египта, о диком нецивилизованном мире, не просвещённом прогрессивным евромышлением. На фоне картины всеобщей дикости земным раем выглядел прекрасный новый мир, озарённый светом евронауки и евроидеологии. Образ сей тщательно формировался и активно внедрялся в умы, причём, как мы видим, весьма успешно: сегодня почти весь мир с благоговением взирает на Великую Науку и верит всем утверждениям Великих Научных Светил.

И образ этот надо постоянно поддерживать. Поэтому куча учёных тратили и продолжают тратить своё драгоценное учёное время только на то, чтобы поддержать научные мифы (а далёкая от науки публика думает, что они заняты чем-то очень важным и полезным). Тот же самый эксперимент Миллера, описанный у Азимова - пример такой деятельности. Изначально бессмысленный, он ничего не добавляет к нашим знаниям о природе, но научный руководитель соглашается на этот эксперимент (самому Миллеру 22 года) и даже предоставляет оборудование. Потом парень ещё диссертацию защитит на этом. А нужен эксперимент только для одного: поддержать как-то миф, который с самого своего возникновения не получил ни одного подтверждения. Но, несмотря на отсутствие подтверждений, научная элита убеждает всех и вся в абсолютной истинности своих положений, в единственности и исключительной верности своих методов. Ксёндзы новой, евронаучной веры предстают перед нами в виде "эксклюзивных дистрибьютеров" истины.

Любая попытка усомниться в истинности мифов новой "научной" религии вызывает дружный отпор со стороны жрецов науки. Мы уже видели, в каких формах проявляется этот отпор. Центральные мифы новой культуры создают, в основном, физики и биологи-эволюционисты, да ещё к ним пристраиваются археологи с палеонтологами. Задача последних - находить, а вернее, создавать подтверждения эволюционному мифу. При всей старательности евроучёных мифологов мифы, которые они создают, весьма непрочны и слабо выдерживают серьёзный критический анализ.

Биологические и эволюционные мифы разоблачить довольно просто, хотя и требует некоторого образования. А вот с физическими мифами такую процедуру провести значительно сложнее. Но тоже можно. Хотя масса людей со степенями и званиями вовсю стараются поддержать этот вначале общеевропейский, а теперь уже общемировой миф. За ними стройными рядами идут популяризаторы науки, написавшие массу подобных книг, а за ними журналисты и т. д. Огромное количество сил и средств тратится на пропаганду этой идеологии. Нам вбивают её в мозги если не с детского сада, то со школы. Мы вырастаем в атмосфере этого научного блефа, или, как его принято называть, "современного научного мировоззрения".

Ладно, хватит на эту тему, а то уже писать тошно. Главное, что мы пришли к чёткому выводу: европейское научное мировоззрение - это новая религия.            

КАКИЕ ЖЕ ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ ЭТОГО РЕЛИГИОЗНО-НАУЧНОГО МИРОВОЗЗРЕНИЯ?

Сначала надо бы как-то обозначить священников новой евронаучной религии. Можно для краткости называть их шаманами науки. Вы недовольны названием? - А почему? Ведь "жрец науки" звучало в своё время, да и сейчас звучит очень уважительно, даже благоговейно. А что шаман, что жрец - понятия одного ряда, одного смыслового кластера. Можно даже ещё уважительнее: муллы науки, ксёндзы науки, патеры науки. Ведь христианский ксёндз - более почтенное звание, чем какой-то языческий жрец.

Впрочем, если в слове "шаман" Вам слышится что-то неуважительное, то возлагайте вину на своих коллег и предшественников - евроучёных. Это они, сидя на своём евронаучном Олимпе, выработали презрительное отношение к шаманам и привили его обществу. А ведь в древности шаман был самым главным человеком в племени, да и сейчас во многих культурах, сумевших сохранить что-то от разрушительного и насильственного евронаучного окультуривания, он - самое почитаемое лицо. Хотя бы потому, что конкретной пользы от него больше, чем от всех членов вышеупомянутой Комиссии РАН вместе взятых.

Итак, какой тип мышления нам предлагают еврошаманы? При ближайшем рассмотрении оказывается, что крайне простой, если не сказать - примитивный. Перечислим основные пункты.

1. Нет никакой надмировой силы, никакого разумного начала, которое оказывало бы влияние на мировые процессы. Всё в мире происходит само собой.

2. Нет никакой особой энергии или материи жизни или сознания, основа всех явлений - только физические процессы. Все остальные процессы есть сложное взаимодействие физических и никаких иных.

3. И жизнь, и сознание - случайный результат физических процессов (химические процессы - тоже, в конечном счёте, физические). Все сущности и существа в этом мире возникли в результате физических процессов.

4. Свойства любого целого определяются свойством его элементов. Целое не обладает никакими особыми самостоятельными свойствами, не сводящимися к взаимодействию элементов.

5. В мире действуют некие законы природы, которым и подчиняются все происходящие в мире процессы.

Вот и всё. Именно это шаманы науки называют научным мировоззрением. Профессиональные философы с ними не согласятся, но евроидеологи серьёзных философов изучать не любят. Их идеология завершила своё развитие где-то на границе 18-19 веков и с тех пор мало поменялась. Я об этом писал в шестом письме и напомню Вам ещё раз:

… лаплапсовскую редукционистскую логику, основанную на тезисе "всё состоит из атомов, атомы подчиняются физическим законам, следовательно всё должно подчиняться физическим законам" в ХХ веке на основе законов квантовой механики почти слово в слово воспроизводят Э. Шредингер и многие другие великие физики ХХ в.

В мировоззрении учёных-естественников XVII - XX вв. преобладают эмпиризм и механицизм, хотя в начале и в конце ХХ в. имеет место возрастание интереса к рационализму и органицизму.
(Философия науки. ЭКСМО, Москва, 2007 - стр. 18)

Это третий и четвёртый пункты евро-научно-религиозного мировоззрения. Естественно, всё это - в моём изложении. Но в явном виде от учёных мужей подобный перечень услышать не удастся. И в своём послании российской интеллигенции члены комиссии призывают: "пропагандировать … рациональное отношение к действительности", а в чём это рациональное отношении состоит, написать забыли. Вот я и восполняю этот пробел. А может они не забыли, а просто постеснялись, поскольку каждый пункт этого "рационального" отношения вызывает вопросы, на которые евроидеологи вразумительных ответов пока ещё не нашли.

Особенно интересен пункт пятый - о законах природы. Сейчас, правда, физики уже не говорят, что они открывают "законы природы". Сегодня в моде другие формулировки: физики говорят, что они строят модели физических процессов. Это и понятно. Уже на стадии изучения элементарных частиц физики с ситуацией совсем незнакомой их предшественникам: то, что наблюдают физики, очень далеко отстоит от того, что происходит, - между физическим событием в мире элементарных частиц и каким-нибудь следом на фотографии три-четыре промежуточных ступени, если не больше.

В камере Вильсона, например, пролетающая частица ионизирует встречные атомы, вокруг ионов скапливаются молекулы перенасыщенного пара, происходит конденсация, образуется туманный след, этот след фотографируется и только теперь, на фотографии, его наблюдают физики. Так что судить и рядить о том, что происходит "на самом деле" они могут только очень косвенно. Более того, даже понять, что они видят на своих пластинках, без теории они уже не могут. Поэтому о законах природы уже и не говорят, а говорят о моделях, которые в большей или меньшей степени описывают неведомо что. Но от понятия "закон природы" избавиться не удаётся.

Во-первых, им пропитано всё мышление еврокультуры. Во-вторых, регулярность множества явлений видна даже глазам, не вооружённым физическими приборами. И заявлять, что это только модели такие, а в природе нет никакой закономерности, уже поздно, да и не поверит никто. Понятие "закон природы" - одно из фундаментальнейших в евромышлении, и ничем заменить его не получается. Только понятие сиё оказывается при внимательном рассмотрении очень неудобным. Не слишком думающие учёные вкупе с не учёными настолько к этому словосочетанию привыкли, что повторяют его и им кажется, что всё в порядке. А как только начнёшь думать, так сразу оторопь берёт.

О ЗАКОНАХ ПРИРОДЫ

Где эти законы находятся? Где они записаны? У Платона был мир идей (эйдосов), там эти законы вполне могли лежать - всё в порядке. У Декарта мир создан Богом - тоже всё в порядке. Но современные учёные мужи благополучно избавились от всего этого да ещё обзывают подобные взгляды на мироздание "мистикой", суеверием и мракобесием (словечки частично взяты из буллы Комиссии по борьбе, частично из Вашей статьи). Слово "мистика" я взял в кавычки, потому что, как мы видели из предыдущих писем, значение этого слова ни Вам, ни борцам из Комиссии неизвестно и употребляете Вы его исключительно в своём евронаучном значении.

Итак, от всех подобных идей евроучёные мужи избавились, остались физическая материя и физические процессы, происходящие в физическом же пространстве-времени, а других пространств, кроме физических, нет и быть не может. Ну и в какое место физического пространства Вы запихнёте законы природы и как Вы заставите природу им подчиняться? Остаётся одно - законы являются свойством материи. Больше ничего вразумительного придумать мне лично не удалось. Может фантасты-популяризаторы выдумают что-нибудь покруче, но пока других идей нет.

Значит, неразумная материя обладает такими свойствами, которые можно описать только с помощью сложнейшей высшей математики. И возникли эти свойства, разумеется, случайно вскоре после Большого взрыва. Мы уже писали о случайно возникших сложнейших структурах (1), о случайно возникшей и сумевшей сохраниться и размножиться жизни (2), о случайно возникших мышлении (3) и сознании (4). Теперь, как мы видим, и законы природы тоже возникли случайно (5).
Плачь, Тертуллиан! В книге "О плоти Христовой" (De Carne Christi) ты написал:

"Сын Божий пригвожден ко кресту; я не стыжусь этого, потому что этого должно стыдиться. Сын Божий и умер; это вполне вероятно, потому что это безумно. Он погребен и воскрес; это достоверно, потому что это невозможно".

Потом твои слова переделали и сейчас их цитируют так: "Верую, ибо абсурдно". Но то, что ты, Тертуллиан, считал невозможным, абсурдным, безумным, по сравнению с той верой, которую принесли в мир евромудрецы, - это верх разумности и логичности!

Да, уважаемый Владимир Георгиевич, то мировоззрение, которое Вы и Ваши коллеги нам предлагают, под условным названием "рациональное отношение к действительности" - не что иное, как полный абсурд, абсурд даже не в квадрате, а в пятой степени! Я специально пронумеровал основные абсурдные утверждения. И вероятности всех этих невероятностей (иначе говоря, абсурдов) надо перемножать, как это положено в теории вероятностей.

Это о законах природы. Вернёмся к остальным составляющим "рационального отношения к действительности".

ОПЯТЬ О ЕВРОНАУЧНОЙ РЕЛИГИИ И ОБ ИДЕОЛОГИЧЕСКОМ НОВОЯЗЕ

Мы уже поняли, что нам в качестве мировоззрения предлагают полный абсурд. Но жрецы и шаманы науки, конечно же, не называют это абсурдом. Они изобрели свой научный Новояз задолго до Орвелла. Напомню Вам, что такое новояз, если Вы забыли:

Министерство правды - на новоязе Миниправ - разительно отличалось от всего, что лежало вокруг. Это исполинское пирамидальное здание, сияющее белым бетоном, вздымалось, уступ за уступом, на трехсотметровую высоту. Из своего окна Уинстон мог прочесть на белом фасаде написанные элегантным шрифтом три партийных лозунга:

ВОЙНА - ЭТО МИР
СВОБОДА - ЭТО РАБСТВО
НЕЗНАНИЕ - СИЛА

По слухам, министерство правды заключало в себе три тысячи кабинетов над поверхностью земли и соответствующую корневую систему в недрах. В разных концах Лондона стояли лишь три еще здания подобного вида и размеров. Они настолько возвышались над городом, что с крыши жилого дома "Победа" можно было видеть все четыре разом. В них помещались четыре министерства, весь государственный аппарат: министерство правды, ведавшее информацией, образованием, досугом и искусствами; министерство мира, ведавшее войной; министерство любви, ведавшее охраной порядка, и министерство изобилия, отвечавшее за экономику. На новоязе: миниправ, минимир, минилюб и минизо.

Министерство любви внушало страх. В здании отсутствовали окна. Уинстон ни разу не переступал его порога, ни разу не подходил к нему ближе чем на полкилометра. Попасть туда можно было только по официальному делу, да и то преодолев целый лабиринт колючей проволоки, стальных дверей и замаскированных пулеметных гнезд. Даже на улицах, ведущих к внешнему кольцу ограждений, патрулировали охранники в черной форме, с лицами горилл, вооруженные суставчатыми дубинками.

Это в качестве вступления. Кстати сказать, лозунги очень подходят для сегодняшней науки, может быть, с некоторыми вариациями. Например: "МИФ - ЭТО НАУЧНОЕ ЗНАНИЕ". А что касается сегодняшнего научного творчества и научного мышления, то лозунг: "СВОБОДА - ЭТО РАБСТВО" я бы оставил без изменения.
А вот собственно о новоязе:

Джордж Орвелл: "1984"
Приложение
О НОВОЯЗЕ

Новояз, официальный язык Океании, был разработан для того, чтобы обслуживать идеологию ангсоца, или английского социализма. … Передовые статьи в "Таймс" писались на новоязе, но это дело требовало исключительного мастерства, и его поручали специалистам. Предполагали, что старояз (т. е. современный литературный язык) будет окончательно вытеснен новоязом к 2050 году. А пока что он неуклонно завоевывал позиции: члены партии стремились употреблять в повседневной речи все больше новоязовских слов и грамматических форм.

Новояз должен был не только обеспечить знаковыми средствами мировоззрение и мыслительную деятельность приверженцев ангсоца, но и сделать невозможными любые иные течения мысли. Предполагалось, что, когда новояз утвердится навеки, а старояз будет забыт, неортодоксальная, то есть чуждая ангсоцу, мысль, постольку поскольку она выражается в словах, станет буквально немыслимой.

Если вместо "ангсоца" подставить в текст Орвелла "научное сообщество", а вместо Океании - европейскую культуру, то больше ничего уже менять не надо. Конечно, сегодня новояз - достояние не только научного сообщества. Но именно научное сообщество первым начало создавать новояз и достигло немалых успехов в своём творчестве. Все слова, относящиеся к иному, ненаучному мировоззрению были искажены, им придали значение, совершенно отличающееся от первоначального. Созданы или извлечены из архивов старые слова и им придали новый смысл. Приведём некоторые из слов словаря научного Новояза и их новый смысл (все слова взяты из послания Комиссии РАН):

МИСТИКА - всё, что не вмещается в механистическую парадигму;
МРАКОБЕСИЕ - стремление мыслить самостоятельно (не по шаблонам духа Большого Брата);
НАУЧНОЕ ЗНАНИЕ - смесь реального опыта и фантастических выдумок, одобренная духом Большого Брата;
НРАВСТВЕННОЕ ВОСПИТАНИЕ НАЦИИ - промывка мозгов в духе "научной религии";
ПСЕВДОНАУКА (ЛЖЕНАУКА) - любая теория, не получившая одобрения духа Большого Брата;
РАЦИОНАЛЬНОЕ ОТНОШЕНИЕ К ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ - научная вера и совокупность научных мифов.

Весь этот новояз создаётся именно для того, чтобы обеспечить знаковыми средствами мировоззрение и мыслительную деятельность приверженцев новой ("научной") веры, и сделать невозможными любые иные течения мысли. Конечно, средства "воспитания" в европейском научном сообществе отличаются от тех, что описаны у Орвелла. И Большого Брата как личности нет, но дух Большого Брата носится над всем сообществом и глаголет через вождей этого сообщества, как через пророков. Но и в романе Большого Брата никто не видит - это скорее символическая фигура, чем личность. Пророки и вожди евронауки, в совокупности вполне заменяя Большого Брата, строго следят за тем, чтобы никто впадал в ереси. И евронаучный новояз служит мощным средством поддержания единомыслия.

Посудите сами - то же самое слово "мистика": употребляют его на каждом шагу, а ведь почти никто уже не знает, что оно означает. Но употребляют смело, используют в оборотах типа "мистика какая-то" с ярко выраженным негативным оттенком. Или "схоласт" - Вы сами используете его чуть ли не как ругательство. А если бы Вам не вбили в школе и институте в голову новояз, Вы бы могли узнать о том самом рациональном мышлении, которым Вы так гордитесь, что оно разработано именно схоластами. Выходит, пророки и вожди евронауки сами становятся интеллектуальными рабами этого общекультурного блефа.

Но подобный блеф долго поддерживать невозможно. Сейчас стройное здание евроидеологии, опирающейся на евронауку, начинает трещать и шататься. И Ваша статья - один из знаков того, что господа учёные идеологи в панике. И как же не паниковать? Казалось, уже достигнут полный успех, суеверие, мистика и мракобесие побеждены навсегда. И вдруг опять растёт интерес к астрологии, к паранормальным явлениям, к мистическим восточным учениям. Начинают увлекаться телепатией, экстрасенсорными методами лечения, читают книги о шаманизме и т. п. Что случилось? Этот вопрос следует разобрать отдельно и мы сделаем это позже. Нас ещё ждёт пятая глава, где приводятся "научные опровержения" астрологии. А ещё надо бы повнимательней почитать буллу Комиссии РАН. Так что никак не удаётся мне закончить переписку с Вами, дорогой сосед.

Но десятое письмо я всё же закончу. Итак, до свидания, точнее, до виртуальной встречи у одиннадцатого письма!

Ваш оппонент Михаил Левин.


 

↑ вверх


© Тибетская образовательная школа эзотерической астрологии, психологии и йоги «Sotis»
Гороскопы, персональные гороскопы, зодиакальные гороскопы, гороскопы на день, гороскопы на месяц, гороскопы на год, прочие гороскопы от астролога Дмитрия Синько