Механизмы защиты психики

Механизмы защиты психики

Последователи Фрейда разработали проблему защитных механизмов психики «психологической защите». Они выявили те границы, те структуры психики, которые находятся под защитой (например, образ «Я », самооценка), основные классы угроз и ущерба, признаки «запуска» механизма защиты (возникновение тревоги) и главные средства этого механизма. Успех манипуляции сознанием сильно зависит от умения нейтрализовать, отключить средства психологической защиты каждой личности и общественных групп. Накопленные в психоанализе знания были использованы для тех, кто разрабатывает технологии манипуляции.

Карл Густав Юнг в книге «Архетип и символ» развил идею защитной роли символов. Манипуляция сознанием стала возможной благодаря тому, что был снят тот защитный слой символов, который придавал прочность сознанию христианской Европы Средневековья. Протестантизм разрушил священные образы. К.Г. Юнг пишет: «Бессознательные формы всегда получали выражение в защитных и целительных образах и тем самым выносились в лежащее за пределами души космическое пространство. Предпринятый Реформацией штурм образов буквально пробил брешь в защитной стене священных символов... История развития протестантизма является хроникой штурма образов. Одна стена падала за другой. Да и разрушить было не слишком трудно после того, как был подорван авторитет церкви. Большие и малые, всеобщие и единичные образы разбивались один за другим, пока не пришла царствующая ныне ужасающая символическая нищета... Протестантское человечество вытолкнуто за пределы охранительных стен и оказалось в положении, которое ужаснуло бы любого естественно живущего человека, но просвещенное сознание не желает ничего об этом знать, и в результате повсюду ищет то, что утратило в Европе.» Реформация — «великая Перестройка Европы» — задала всем будущим манипуляторам главный принцип: перед овладением умами людей необходима подготовка — разрушение священных образов — «штурм символов».

Сегодня проблема психологической защиты (и ее нейтрализации) продолжает развиваться в направлении внутриличностного психоанализа. Важной концепцией стало представление психики человека как арены борьбы множества составляющих его «субличностей» — частичных «Я », В этой борьбе верх может брать то одна, то другая сторона его Я. Этот «победитель» и программирует поведение. Задача манипулятора — правильно определить, на какое суб-Я ему выгоднее ставить и как помочь этому частичному Я одолеть в человеке своих противников. Роман Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» трактуют следующим образом. Совокупность всех членов семьи Карамазовых, включая Смердякова вместе составляют человеческую личность. В ней происходит непрерывная борьба рассудочного Ивана со страстным Митей и чистым душой Алешей, с похотливым стариком Карамазовым и подлым Смердяковым. В решающий момент верх берет Смердяков при тайном союзе с разумом и моралью Ивана. (Говорят, что Достоевский так изобразил именно русского человека.) Прагматики от психоанализа, отточив вначале свое мастерство манипулирования сознанием в коммерческой рекламе, а затем и опробовав это средство в политике, пришли к выводу: проще всего манипулятору войти в союз с низкими и темными суб-Я человека. Легче возбудить и превратить в мощный импульс порочные, подавляемые влечения, усилить и «подкупить» их, побудить сделать противное всей личности в целом дело. Пусть эта победа союза манипулятора с низменной частью личности будет краткосрочна, для целей манипуляции этого уже достаточно. Пусть потом разум и совесть человека раскаиваются, «поезд уже ушел». Бедствием человечества это стало потому, что именно на этой основе возникла огромная индустрия активизации низменных влечений человека, которая отравляет всю массовую культуру и сферу общения. Примером может служить то бесчисленное количество боевиков, которые ежедневно «скармливается» нашим телезрителям.

Бихевиоризм

С 60-х годов социальная психология перешла к массовым исследованиям и созданию «поведенческих» технологий. Основатель бихевиоризма Д.Уотсон утверждал, что любого младенца можно превратить в судью или преступника. Иными словами, технологии манипулирования и программирования всесильны. Суть бихевиоризма состоит в том, что он отвлекается от всех субъективных факторов (мышление, эмоции, влечения и т.д.) и рассматривает поведение исключительно как функцию внешних стимулов. Фредерик Скиннер из Гарвардского университета провел огромное количество экспериментов на животных, а потом и на людях и создал некую модернизацию необихевиоризм. Психология Скиннера — это наука манипулирования поведением; цель ее — обнаружение механизмов «стимулирования», которые помогают обеспечить необходимое «заказчику» поведение.

Итоги. В результате массового использования манипуляционных технологий в западном обществе, человек утрачивает свою активную, ответственную роль в социальном процессе; становится полностью «отрегулированным» и обучается тому, что любое поведение, действие, мысль или чувство, которое не укладывается в общий план, создает ему большие неудобства. Если он попытается быть самим собой, то рискует потерять работу и почувствовать себя в изоляции. 6. Социодинамика культуры. Это знания о том, как вырабатываются, хранятся, передаются и воспринимаются продукты культуры — идеи, фактическая информация, художественные образы, музыкальные произведения и т.д. Это и теории образования, и исследования в области языка, и информационные науки. Это представление всего движения элементов культуры как большой системы, которой можно управлять. А значит, регулировать потоки так, чтобы побуждать «потребителей культуры» к тому или иному типу поведения. Любая попытка манипуляции сознанием требует, как говорят, «подстройки» к аудитории. Для этого нужно определить ее культурный профиль, язык, тип мышления, характер восприятия сообщений. Такие данные и поставляет социодинамика культуры. Технологически более совершенные программы манипулирования предполагают не просто «подстройку», а и специальные усилия по формированию культурной среды, подготовки адресата к восприятию манипулирующих сообщений, «изготовление» мнений и желаний, на которых можно играть. Бурное развитие социодинамики культуры резко увеличили мощность, эффективность воздействия средств массовой информации. Остается вопрос, во имя чьих интересов ? Наиболее важные выводы социодинамики культуры:

Буржуазное общество , в отличие от сословных обществ, породило совершено новый тип культуры — мозаичный. В эпоху гуманитарной культуры, свод знаний и идей представлял собой упорядоченное, иерархически построенное целое, обладающее «скелетом» основных предметов, «главных тем» и «вечных вопросов» , теперь в современном обществе, культура рассыпалась на мозаику случайных, плохо связанных и структурированных понятий. Живущее в потоке такой культуры общество иногда называют «демократия шума».

Гуманитарная культура передавалась из поколения в поколение через механизмы, матрицей которых был университет. Он давал целостное представление о Вселенной, независимо от того, в каком объеме и на каком уровне давались эти знания (советский букварь был построен по типу университета — для малыша). Мозаичная культура воспринимается человеком в виде кусочков, выхватываемых человеком из омывающего его потока сообщений. Знания складываются из разрозненных обрывков, связанных простыми, случайными отношениями близости по времени усвоения, по созвучию или ассоциации идей. По мнению А. Моля, специалиста по средствам массовой информации: «Эти обрывки не образуют структуры, но они обладают силой сцепления, которая не хуже старых логических связей придает „экрану знаний“ определенную плотность, компактность не меньшую, чем у „тканеобразного“ экрана гуманитарного образования.»

Мозаичная культура и сконструированная для ее воспроизводства новая школа («фабрика субъектов») произвели нового человека — «человека массы», «человека толпы». «Человек массы» — идеальный объект для манипуляции сознанием у которого знания формируются не системой образования, а средствами массовой коммуникации.

Оснащение ума: знаковые системы. Язык слов. На какие психические и интеллектуальные структуры в сознании и подсознании личности направляет удар манипулятор ? Как подготовить человека к манипуляции, как отключить его здравый смысл?

Подготовка к манипуляции состоит не только в том, чтобы разрушить какие-то представления и идеи, но и в том чтобы создать, построить новые идеи, желания, цели. Задача — вызвать сумбур в мыслях, сделать их нелогичными и бессвязными, заставить человека усомниться в устойчивых жизненных истинах.

Человек живет в двух мирах — в мире вещей и в мире знаков. Мир знаков — первая мишень для манипуляторов.
Язык слов. Язык как система понятий, слов (имен), в которых человек воспринимает мир и общество, есть самое главное средство подчинения. «Мы рабы слов» — говорили и Маркс, и Ницше. Этот вывод доказан множеством исследований как теорема. На заре человечества первоначальной функцией слова было его суггесторное воздействие — внушение, подчинение не через рассудок, а через чувство. Даже современный, рассудочный человек имеет потребность во внушении. В критические моменты мы ищем совета у людей, которые мало что понимают в наших проблемах. Нам нужны их «бессмысленные» утешения и увещевания: «не горюй», «возьми себя в руки», «все образуется» и т.д., здесь нет никакой полезной для нас информации. Но эти слова оказывают большое целительное действие. Внушаемость посредством слова — глубинное свойство психики, возникшее гораздо раньше, нежели способность к аналитическому мышлению. Возникновение человека связано с развитием третичных полей коры головного мозга, они позволили удерживать в памяти впечатления от окружающего мира и проецировать их в будущее. Человек стал жить как бы в двух реальностях — внешней (реальной) и внутрипсихической (воображаемой). Это надолго погрузило человека в тяжелое невротическое состояние, воображаемая реальность была ярче внешней, вызывала сильный эмоциональный стресс. Стресс затруднял адаптацию к внешней среде. Лучше приспосабливались и выживали те коллективы (стаи), в которых вожаки и другие члены научились издавать особые звуки-символы. Их особенность была в том, что они воздействовали на сородичей стимулирующим и организующим образом. Так возникло слово, сила которого заключалось не в информационном содержании, а в суггесторном воздействии. Люди испытывали потребность в таком слове и подчинялись ему беспрекословно. Так возник особый класс слов-символов — заклинания. У некоторых народов они они сохранились в неизменном виде (слова лекарей-знахарей, шаманов), они действуют и в просвещенных коллективах, но в косвенной форме. Гитлер писал: «Силой, которая привела в движение большие исторические потоки в политической и религиозной области, было с незапамятных времен только волшебное могущество произнесенного слова. Большая масса людей всегда подчиняется могуществу слова».
Второй слой воздействия — развитое сознание и процесс познания. Ф. Бэкон говорил: «знание — власть» (а не «знание — сила»). За жаждой знания скрывается жажда власти. Следствием научной революции 16-17 веков было немыслимое ранее явление: сознательное создание новых языков, с морфологией, грамматикой и синтаксисом. Лавуазье, который предложил новый язык химии, сказал: «Аналитический метод — это язык, язык — это аналитический метод; аналитический метод и язык — синонимы». Анализ значит расчленение, разделение (в противоположность синтезу — соединению); подчинять — значит разделять. Язык стал аналитическим, в то время как раньше он соединял — слова имели многослойный, множественный смысл. Они действовали во многом через коннотацию — порождение словом образов и чувств через ассоциации. Отбор слов естественном языке отражает становление национального характера, тип человеческих отношений и отношения человека к миру. Русский говорит «у меня есть собака» — на европейские языки буквально перевести это не возможно. В русском языке категория собственности заменена категорией совместного бытия !!! Принадлежность собаки хозяину мы выражаем глаголом быть (одновременно быть во вселенной).

В новом Западном обществе естественный язык стал заменяться искусственным, специально создаваемым. Теперь слова стали рациональными, они очищены от множества уходящих в глубину веков смыслов. Они потеряли святость и ценность, приобретя в замен цену. А ведь раньше язык, как сказал Хайдеггер, «был самой священной из всех ценностей». Когда вместо силы главным средством власти стала манипуляция сознанием, власть имущим понадобилась полная «свобода слова» — превращение слова в безличный, неодухотворенный инструмент.

Мнение Хайдеггера по этому поводу: «Язык есть дом бытия. В жилище языка обитает человек... Стремительно распространяющееся опустошение языка не только подтачивает эстетическую и нравственную ответственность во всех употреблениях языка. Оно коренится в разрушении человеческого существа.» Язык под влиянием метафизики Запада выпадает из своей стихии, он становится орудием господства. Убожество мысли наших демократов в том, что свободу слова они воспринимают не как проблему бытия, а как критерий политической оценки: есть свобода слова — хорошее общество, нет свободы слова — плохое. Если в наше плохое общество внедрить свободу слова, оно станет получше. «Освобождение» слова (превращение его в товар, как и землю, труд и т.д.) означало прежде всего устранение из него святости, искры Божьей — десакрализацию. Означало и отделение слова от мира (от вещи). Разрыв слова и вещи был культурной мутацией, скачек от общества традиционного к гражданскому, западному. Но к оценке по критерию «плохой — хороший» это отношения никакого не имеет. И гражданское общество может быть мерзким и духовно больным, и традиционное, даже тоталитарное, общество может быть одухотворенным и возвышающим человека.

Сравнение отношения российского писателя Н. Гоголя и западного А. Жида к слову дает понимание в различии двух обществ. Н.В. Гоголь: «Обращаться со словом нужно честно. Оно есть высший подарок Бога человеку... Опасно шутить со словом. Слов гнило да не исходит из уст ваших !» Какая же здесь свобода слова ?! Здесь упор на ответственность — «нам не дано предугадать как слово наше отзовется».

Андре Жид: «Чтобы иметь возможность свободно мыслить, надо иметь гарантию, что написанное не будет иметь последствий». Таким образом, вслед за знанием, слово становится абсолютно автономным по отношению к морали. Общество стало потреблять язык так же, как минеральное топливо.
«Туземный» или народный язык вырос за века и уходит своими корнями в толщу культуры данного народа — в отличие от языка «правильного» созданного индустриальным обществом. Главное в подготовке народа для манипуляции сознания — заменить «туземный» язык на «правильный» искусственный язык. Туземный язык рождается из личного общения людей в гуще повседневной жизни, поэтому он на прямую связан со здравым смыслом !!! (голос здравого смысла говорит на родном языке). «Правильный» язык — это язык диктора, зачитывающего текст, созданный платными работниками с целью убедить общество в чем-либо. Язык диктора на имеет связи со здравым смыслом, он несет тайные смыслы, которые в него закладывают те, кто контролирует средства массовой информации. Люди, которые начинают говорить на таком языке, отрываются от здравого смысла и становятся легкой добычей манипуляции.

В чем механизм действия «правильного» языка? 1) В него вставляется огромное количество «слов-амеб» не связанных с конкретной реальностью. Пример — слово «прогресс». Такие слова как бы не имеющие корней, не связанные с вещами (миром) могут быть легко вставлены в любой контекст, они делятся, размножаются, не привлекая к себе внимания — и пожирают старые слова. Они связаны как поплавки рыболовной сети — связи и сети не видно, но она ловит и запутывает наше представление о мире.

Важный признак этих слов-амеб — их кажущаяся «научность». Скажешь «коммуникация» вместо старого слова «общение» или «эмбарго» вместо «блокада» — и твои банальные мысли вроде бы подкрепляются авторитетом науки. Слова-амебы — как маленькие ступеньки для восхождения по общественной лестнице, их применение дает человеку социальные выгоды. В «приличном» обществе человек обязан их использовать. Это заполнение языка словами-амебами было одной из форм колонизации — собственных народов буржуазным обществом.

Отрыв слова (имени) от вещи и скрытого в вещи смысла был важным шагом в нарушении всего упорядоченного космоса, в котором жил и прочно стоял на ногах человек древности. Начав говорить «словами без корня», человек стал жить в разделенном мире, и в мире слов ему стало не на что опереться. Создание этих «бескорневых» слов стало важнейшим способом разрушения национальных языков и средством атомизации общества. Собиратель сказок и языковед А.Н. Афанасьев отмечает значение корня в слове: «Забвение корня в сознании народном отнимает у образовавшихся от него слов их естественную основу, лишает их почвы, а без этого память уже бессильна удержать все обилие словозначений; вместе с тем связь отдельных представлений , державшаяся на родстве корней, становится недоступной».
В России в ходе антисоветской революции через социальную инженерию душится наш родной «туземный» язык, заполняется сознание словами-амебами, словами без корней, разрушающими смысл речи. Будущих руководителей предприятий и банков готовят на основе западных теорий, смысл и содержание которых и адекватность которых для нашей страны не проверяется, а внушается на веру как молитва. Методичная замена русских слов словами-амебами — никакое не засорение или признак бескультурья. Это — необходимая часть манипуляции !!!

Приведем примеры. Возьмем слово «гуманизм». В нашем представлении это нечто доброе и хорошее. Но если докопаться до первоначального смысла, то гуманизм, конкретное философское представление о человеке, которое оправдывает конкретную практику. Эта философия выросла на идеях Просвещения, и ее суть — фетишизация совершенно определенной идеи Человека с подавлением или даже уничтожением всех тех, кто не вписывался в эту идею. Гуманизм тесно связан с идеей свободы, которая принимается как включение всех народов и культур в европейскую культуру. Из этой идеи вырастает презрение и даже ненависть ко всем культурам, которые этому сопротивляются. Как результат — неизбежное уничтожение индейцев в Америке радикалами-эмигрантами «как не способных к рационализму созданий» — массовое уничтожение людей с полным уважением к законам гуманизма.. Напротив, испанские конкистадоры не были гуманистами и были более жестокими, но они резали индейцев как людей, ибо прокуроры Инквизиции в Америке установили как декрет: «Каждый человек есть образ божий по самой своей природе. Этого нельзя отрицать в отношении индейцев — ни потому, что они не знают истиной религии, ни потому, что совершают аморальные поступки, ни даже потому, что они не разумны.» После бурной Конкисты испанцы переженились с индианками, и возникли новые нации креолов.

В романе-антиутопии «1984» Оруэл дал фантастическое описание тоталитарного режима, в котором главным средством подавления был «новояз» — специально изобретенный язык, изменяющий смысл знакомых слов. Технология и идеи Оруэла в нашей стране стали реальной практикой с 1985 года внедрения новояза в нашу действительность. 8. Язык зрительных образов. Иные знаковые системы. В прошлом веке Ле Бон («Макиавелли массового общества», как его называют) писал: «Толпа мыслит образами, и вызванный в ее воображении образ в свою очередь вызывает другие, не имеющие никакой логической связи с первым... Толпа, способная мыслить только образами, восприимчива только к образам. Только образы могут увлечь ее или порадить в ней ужас и сделаться двигателями ее поступков». В другом месте: «Могущество слов находится в связи с вызываемыми ими образами и совершенно не зависит от их реального смысла. Очень часто слова, имеющие самый неопределенный смысл, оказывают самое большое влияние на толпу. Таковы, например, термины: демократия, социализм, равенство, свобода и т.д., до такой степени не определенные, что даже в толстых томах не удается с точностью разъяснить их смысл».

Природа манипуляции состоит в наличии двойного воздействия — наряду с посылаемым открыто сообщением манипулятор посылает адресату «закодированный сигнал», надеясь на то , что этот сигнал разбудит в сознании адресата те образы, которые нужны манипулятору. Это скрытое воздействие опирается на «неявное знание», которым обладает адресат, на его способность создавать в своем сознании образы, влияющие на его чувства, мнение и поведение. Искусство манипуляции состоит в том, чтобы пустить процесс воображения по нужному руслу, но так, чтобы человек не заметил скрытого воздействия. То есть образы, как и слова обладают суггесторным воздействием и порождают цепную реакцию воображения. Двадцатый век показал немыслимые ранее возможности знаковых систем как средства власти. Особое место заняли зрительные образы.
Как правило, они употребляются в совокупности с текстом и числами, что дает многократный кооперативный эффект. Он связан с тем, что соединяются два разных типа восприятия, которые входят в резонанс и взаимно раскачивают друг друга — восприятие семантическое и эстетическое. Эффект соединения слова и образа хорошо виден на простейшей комбинации. Добавление к тексту небольшой порции зрительных знаков снижает порог усилий, необходимых для восприятия сообщения. Это картинки, которые делают доступной для ребенка книгу, графики и диаграммы делают доступной и интересной статью для ученого.

Гениальным изобретением для передачи сообщений были комиксы. В США до расцвета телевидения они были мощным инструментом идеологии. Культуролог Умберто Эко писал, что комиксы породили уникальное явление — массовую культуру, в которой пролетариат воспринимает культурные модели буржуазии в полной уверенности, что это независимое самовыражение«. В 60-х годах в США ежедневно читали комиксы от 80 до 100 миллионов человек. Получив такую власть над читателем комиксы стали выполнять множество идеологических функций. Авторы комиксов вместе со специалистами по психоанализу и лингвистике, разрабатывают и внедряют в сознание неологизмы — новые слова, которые моментально входят в обыденное сознание, язык массового сознания, а затем и официальный язык.

Другой пример — использование зрительных образов в сочетании с авторитетом науки. Речь идет о географических картах. Они оказывают на человека огромное идеологическое воздействие. Со времени зарождения геополитики (начало века) карты стали интенсивно использоваться для манипуляции общественного сознанием. Карта как способ «свертывания» и соединения разнородной информации огромной, почти мистической эффективностью. Фабрикация географических карт стала излюбленным средством разжигания национального психоза при подготовке этнических конфликтов. Наглядная, красивая, «научно» сделанная карта былого расселения народа, утраченных исконных земель и т.д. воздействует на подогретые национальные чувства безотказно. Этот способ широко использовали фашисты и совсем недавно, идеологи перестройки, помахав картой Прибалтики с неразборчивой подписью Молотова, сумели парализовать всякую способность к критическому анализу не только у депутатов Верховного Совета СССР, но и у большинства нормальных здравомыслящих людей.


 

↑ вверх


© Тибетская образовательная школа эзотерической астрологии, психологии и йоги «Sotis»
Гороскопы, персональные гороскопы, зодиакальные гороскопы, гороскопы на день, гороскопы на месяц, гороскопы на год, прочие гороскопы от астролога Дмитрия Синько