За пределы

За пределы — Ошо Бхагаван Шри Раджниш

Часть 2

Теперь постарайтесь понять Тилопу:

Не следует ни давать, ни брать,Но оставаться естественным,Потому что Махамудра за пределами Всякого приятия и неприятия.«Не следует ни давать, ни брать, потому что когда вы даете, вы выходите за пределы самого себя; то же происходит, когда вы берете. И то и другое — отвлечения, оба ведут вас к другому: вы смущены, ваша энергия изливается наружу. Даете вы или берете — это несущественно, другое вошло в ваше бытие, ваш взгляд устремлен на другое, а когда глаза смотрят на другое, вы забываете себя. Это то, что случается со всеми вами: вы не помните себя, потому что ваши глаза устремлены, по сути застыли на другом. Все, что вы делаете — вы делаете для другого. Кем бы вы ни были, вы существуете для другого. Даже если вы сбежите от мира, ваш ум продолжает думать: «Что обо мне думают люди?» Даже если вы убежите в Гималаи, вы, сидя там, будете думать: «Все, наверное считают, что я отрекся от мира и стал великим святым. Обо мне, наверное, пишут в газетах». У вас нет собственного лица, у вас есть только мнение других о вас. Кто-то сказал, что вы прекрасны, и вы начинаете думать, что вы прекрасны. Кто-то сказал, что вы отвратительны, и вы чувствуете себя обиженным, вас ранило то, что кто-то сказал «отвратительный», вы становитесь «отвратительным». Вы просто набор мнений других людей, вы не знаете, кто вы есть, вы знаете только, что думают другие о вас. И это странно, потому что эти другие, которые думают о том, что есть вы, сами не знают себя — они знают себя только через вас. Прекрасная игра: я знаю себя через вас, вы знаете себя через меня, и не я, ни вы не знаем, что мы есть на самом деле. Другие люди стали слишком важны, и вся ваша энергия стала одержима другими. Вы всегда думаете о других, всегда или берете что-то от других, или что-то им даете. Тилопа говорит, что не нужно брать или давать. Что же он имеет в виду? Считает ли он, что не нужно делиться? Нет. Если вы понимаете его так, то вы понимаете его неверно. Он говорит, что не нужно быть озабоченным тем, чтобы дать или взять; если вы можете дать естественно — прекрасно, но тогда ничего не остается в уме, не накапливаются мысли о том, что вы дали что-то. В этом и состоит отличие между тем, чтобы давать, и тем, чтобы делиться. Дающий знает, что он дал, и он хотел бы, чтобы вы признали это, дали ему квитанцию, «Да, ты дал мне это». Вы должны благодарить его, чувствовать себя обязанным за то, что он дал вам. Это не дар; это опять сделка. В действительности он хотел бы, чтобы вы дали ему что-то взамен. Даже, если это будет только ваша благодарность, хорошо, но что-то он хотел бы получить; это — сделка, он дает, чтобы получить. Тилопа не говорит: «Не делитесь». Он говорит: «Не заботьтесь о том, чтобы дать или взять». Если у вас есть, и естественно получается так, что вы хотите дать, дайте. Но это должно быть даром, вы делитесь. В этом и состоит разница между даванием и дарением. Дар — это не сделка; Вы ничего не ожидаете, абсолютно ничего; даже признания, даже кивка признательности — нет, вы не ждете ничего. Если вы не заметите этого, вы не раните этим человека, принесшего дар. В самом деле, если вы заметите его дар, он будет немного смущен этим, потому что он не ждал этого. Наоборот, он чувствует благодарность к вам, потому что вы приняли его дар. Вы могли отказаться от него; была и такая возможность. Вы могли сказать «нет», но как мило с вашей стороны, что вы не сказали «нет». Вы приняли дар — этого достаточно. Он благодарен вам. Человек, предлагающий вам дар, всегда чувствует благодарность к вам за то, что вы приняли его. Вы могли бы отказаться от него. Этого достаточно. Тилопа не говорит: «Не давай» и не говорит: «Не бери», потому что жизнь невозможна без того, чтобы брать и давать. Даже Тилопа должен был дышать, даже Тилопа должен был просить подаяние, даже Тилопа должен был ходить к реке, чтобы напиться воды. Тилопа жаждет — ему нужна вода; Тилопа голоден — ему нужна пища; Тилопе трудно дышать в закрытой комнате — он выходит наружу и глубоко дышит. Он в каждый момент берет что-то для жизни — нельзя существовать без того, чтобы брать. Люди пытались, но это неестественные люди, это самые большие эгоисты. Эгоисты всегда пытаются быть независимыми от всего, всегда пытаются жить так, как если бы они ни нуждались ни в чем и ни в ком. Это глупо, абсурдно! Тилопа не может поступать так, он в высшей степени естественный человек: нельзя найти более естественного человека, чем Тилопа. И если вы понимаете природу, вы будете удивлены, обнаружив очень глубокий фундаментальный факт: никто не зависим, никто не независим — все взаимозависимы. Никто не может утверждать: «Я независим». Это глупо! Вы не сможете существовать ни одного момента в вашей независимости. И никто не независим абсолютно. Эти две противоположности не существуют. Тот, кто выглядит зависимым, является также и независимым, а тот, кто выглядит независимым, также является и зависимым. Жизнь — это взаимозависимость, это тесная взаимозависимость. Даже император зависит от своих слуг, и даже слуги независимы от императора: они могут, по крайней мере, наложить на себя руки — такой большой независимостью они обладают. Абсолюты не существуют в этой жизни. Жизнь существует в относительности. Конечно, Тилопа знает это, он предлагает естественный путь. Как может он не знать этого? Он знает, что жизнь это «давать и брать». Вы делитесь, но вы не должны беспокоится, об этом, вы ,просто должны позволить этому случиться. Позволить этому случиться — это совершенно другое, тогда вы не просите больше того, что вы можете получить, вам не нужно давать больше того, что вы можете дать, вы просто даете то, что естественно может быть дано, вы просто берете то, что естественно может быть взято. Вы не чувствуете себя обязанным кому-либо, и вы не даете никому чувствовать себя обязанным по отношению к вам. Вы просто знаете, что жизнь — взаимозависима. Мы существуем взаимно, каждый является элементом друг друга. Сознание — это безбрежный океан и никто не является островом. Нет никаких границ. Все границы обманчивы. Это Тилопа знает, что же он тогда говорит: Не следует ни давать, ни брать, Но оставаться естественным...

В тот момент, когда вы думаете, что вы взяли, вы становитесь неестественным. Брать — это нормально, но думать об этом — неестественно. Давать — это прекрасно, но в тот момент, когда вы думаете, что вы даете, это становится уродливым, вы становитесь неестественным. Вы просто даете, потому что это не от вас зависит: у вас есть, поэтому вы должны дать. Вы просто берете, потому что не от вас зависит, вы — часть Целого. Но естественно, эго произошло через давание или через взятие, это необходимо понять. Вы не накапливаете, не отрицаете — вы просто остаетесь естественным. Если что-то приходит к вам, вы наслаждаетесь этим. Если у вас есть больше, а «больше» всегда становится бременем — вы дВёлйтесь. Это просто глубокое равновесие, вы просто остаетесь естественым Не держать и не отрицать, нет владения, нет не владения. Взгляните на животных или на птиц: никто не берет, никто не дает, все они радуются всему. Целое делится с каждым, каждый имеет свою долю в Целом. Птицы, деревья и животные — они существуют естественно, человек же — единственное неестественное животное, вот почему религия необходима. Животные не нуждаются ни в какой религии; птицам не нужна никакая религия, потому что они естественны. Только человек нуждается в религии, поэтому запомните: когда общество становится все больше и больше неестественным, технологическим, тогда ощущается большая нужда в религии, тогда понадобится больше религии. Люди приходят и спрашивают меня, почему в Америке сейчас такой поиск религии, такой беспорядок в поисках. Потому что Америка сегодня наиболее неестественная страна — самая технологическая, техническая. Технократия вошла в существование, и все сделалось неестественным. Все ваше внутреннее бытие жаждет свободы от технологии, техники. Ваша внутренняя сущность жаждет быть естественной, но все ваше общество стало неестественным, чем культурнее, чем цивилизованнее общество, тем оно неестественнее. Когда общество становится слишком культурным, тогда религия приходит уравновесить его. Это тонкое равновесие, естественное общество не нуждается в нем. Лао-цзы говорит: «Я слышал о древних, что было время, когда люди были естественными и не было никакой религии, тогда люди не думали о небесах и аде. Когда люди были естественными, они никогда не думали о моральных заповедях. Когда люди были естественными, не было ни кодексов, ни законов». Лао-цзы говорит, что из-за закона люди стали преступниками, и из-за морали люди стали безнравственными, и из-за слишком большой культуры... И Китай знал слишком большую культуру, никакая другая страна не знала такой высокой культуры.

Конфуций создал совершенную науку как окультурить человека: 3300 правил. Тогда внезапно в жизни появился Лао-цзы для равновесия, потому что этот Конфуций убил бы все общество — 3300 правил? Это слишком много. Если человек станет таким культурным, то он просто совсем исчезнет, это уже будет совсем не человек! Лао-цзы врывается и швыряет все эти правила в пыль и единственное, что он говорит, золотое правило — это не иметь никаких правил. Это — равновесие. Лао-цзы — это религия. Конфуций — это культура. Религия необходима как лекарство, она целебна. Если вы больны, вам нужно лекарство, тяжело больны — больше лекарства. Общество становится больным, когда естественность потеряна. Человек становится больным, когда естественность забыта. Но в Тилопе все естественно и свободно. И всегда помните: раскованное всегда с естественным, потому что вы можете стараться быть естественным так сильно, что само усилие может стать неестественным. Вот откуда все чудачества. Я встречал многих людей, чудаков, которые творили что-то совершенно неестественное из естественного учения, например: очень полезно — питаться органической пищей, ничего плохого в этом нет, но если вы становитесь слишком озабоченным, таким беспокойным, что ежеминутно думаете об органической пище и ничего неорганического нельзя принимать, тогда вы переусердствовали. Я знаю людей, которые верят в естественную терапию, натуропатию — и они стали такими неестественными через их натуропатию, что трудно поверить, что это может случиться. Это случается. Если это становится напряжением ума, тогда это становится уже неестественным. Слово «раскованно» необходимо все время помнить, иначе вы превратитесь в чудаков, вы станете маньяками, и тогда вы схватили только часть этого и будете стараться так сильно, что даже естественное превратится в неестественное. Тилопа раскован и естественен, и в этом все его учение. Он не может говорить, что вы не должны давать и что вы не должны брать, но он говорит это, значит, значит под этим он подразумевает что-то еще.

Не следует ни давать, ни брать, Но оставаться естественным... В этом — скрытое значение: оставаться естественным, и если, оставаясь естественным, случается, что вы даете, прекрасно! Если, оставаясь естественным, кто-то дает что-то вам и вы берете — нормально, но не делайте из этого культа, не создавайте беспокойства по этому поводу. ...потому что Махамудра за пределами всякого приятия и неприятия. Лао-цзы учит приятию, но Тилопа учит чему-то, что за пределами приятия и неприятия вместе взятых. Тилопа действительно один из величайших учителей. Вы отвергаете что-то и вы становитесь неестественным — мы можем это понять. Вы чувствуете гнев внутри и вы не принимаете его из-за моральных учений и из-за трудностей, которые возникают — конфликты, насилие. Нелегко жить с гневом, потому что если вы захотите жить с гневом, вы не сможете жить с кем-либо еще. Это создает проблему и тогда найдутся моральные наставники, которые готовы помочь и которые говорят: «Подави это, не злись, откажись от этого». И вы начинаете отвергать. В момент, когда вы отвергаете, вы начинаете становиться неестественным, ибо что бы вы не имели, оно дано вам природой. Кто вы такой, чтобы отвергать? Одна часть ума играет роль учителя с другой частью ума и обе являются частями одного и того же. Но это невозможно. Вы можете продолжать эту игру, но той части, которая чувствует гнев, нет никакого дела до другой части, которая старается подавить его, потому что приходит момент и гнев извергается. Таким образом, это совершенно не волнует ту часть, которая есть гнев, или секс, или алчность. Вы продолжаете бороться, расточать себя в миллионах вещей и всегда оставаясь разделенным, в конфликте, фрагментарным. Раз отвергнув, вы становитесь неестественным. Не отвергайте. Конечно, сразу же появится приятие: раз вы не отвергаете, значит принимаете. Это очень тонко, почти незаметно. Тилопа говорит, что даже в приятии присутствует неприятие, потому что когда вы говорите: «Я принимаю», глубоко внутри вы уже отвергли, иначе зачем же говорить «я принимаю»? Какая нужда в том, чтобы вы говорили, что вы принимаете? Приятие только тогда значительно, когда есть неприятие, иначе оно не имеет значения. Люди приходят ко мне и говорят: «Да, мы принимаем тебя». Я вижу по их лицам, что они говорят мне не зная того, что они уже не приняли меня. Они заставляют свой ум принять меня, но определенная часть ума их не принимает. Даже когда они говорят «да», присутствует «нет»: само «да» несет в себе «нет». Это «да» просто внешнее облачение, декорация, а внутри я могу видеть их «нет», сопротивляющееся и все еще живое, а они говорят: «мы принимаем», но они уже не приняли. Если нет приятия, как вы можете принимать, как вы можете говорить «я принимаю»? Если вы поймете и увидите это, тогда произойдет такое приятие, которое за пределами неприятия, тогда произойдет отдача себя целиком, которая будет за пределами и борьбы и капитуляции — тогда это цельно, тотально, потому что Махамудра за пределами всякого приятия и неприятия. И когда вы остаетесь просто естественным, ни отвергая, ни принимая, ни борясь, ни сдаваясь, не говоря ни нет, ни да, но позволяя тому, что случается, случиться, тогда у вас нет своего выбора. Что бы ни случилось, вы просто отмечаете то, что случилось. Вы не пытаетесь что-либо изменить. Вы не заботитесь об улучшении себя, вы просто остаетесь тем, что вы есть. Это очень труднодоступно для ума, потому что ум — великий улучшатель. Он всегда говорит: «Ты можешь достигнуть большего, ты можешь стать великим. Нужно подчистить здесь и там, и ты станешь чистым золотом. Улучшай, трансформируй, изменяй, преображай себя!» Ум повторяет опять и опять: «Возможно большее, возможно еще большее, сделай это!». Тогда приходит неприятие. И когда вы отвергаете часть себя, вы в большой беде. Потому что эта часть — ваша органическая часть, вы не можете отбросить ее. Вы можете отсечь части тела, но вы не сможете ничего отсечь от существа, потому что существо остается целым. Как можно отсечь часть существа, нет такого меча, чтобы рассечь существо. Если ваши глаза восстают против вас, вы можете вырвать их; если ваша рука совершает преступление, вы можете отрубить ее; если ваши ноги ведут вас к греху, вы можете отсечь их, потому что тело — это не вы, оно само раздельно, вы можете резать его, но как вы будете резать свое сознание? Как вы будете резать свое сокровенное естество? Оно не материально, вы не можете резать его. Оно подобно пустоте, как вы можете резать пустоту? Ваш меч пройдет через нее и она останется неразделенной. Если вы будете слишком стараться, ваш меч может поломаться; пустота останется неразделенной; вы не можете разрубить ее. Ваше сокровенное естество имеет природу пустоты. Оно есть не-я, оно невещественно. Оно есть, но оно не материя. Вы не можете рассечь его, нет никакой возможности для этого. Не отвергайте, но ум немедленно говорит: «Хорошо, тогда мы принимаем». Ум никогда не оставляет вас наедине с самим с собой. Ум следует за вами как тень; куда бы вы не пошли, ум говорит: «Хорошо, я с тобой, чтобы помочь тебе, я твой помощник. Когда бы я не понадобился, я помогу тебе. Не отвергай — конечно, это правильно! Тилопа прав: принимай!» Если вы прислушиваетесь к этому уму, вы снова в той же самой ловушке. Отвержение и приятие — это две стороны одной и той же монеты. Тилопа говорит ...потому что Махамудра за пределами всякого приятия и неприятия. Не принимайте, не отвергайте. В действительности нет ничего, что нужно было бы делать. Вас не просят делать что-либо, вас только просят быть раскованным и естественным, быть самим собой, и пусть все происходит. Весь мир вертится без вашего участия: реки текут в море, движутся звезды, солнце встает утром, времена года сменяются одно за другим, деревья растут, цветут и исчезают, и целый мир движется без вас — разве вы не можете оставаться раскованным и естественным и двигаться вместе сов сем миром? Вот это я понимаю под саньясой. Люди приходят ко мне и говорят: В"Дайте нам определенную дисциплину. Вы даете нам только саньясу и никогда не говорите о дисциплине. Чего вы ожидаете от нас?В" Я не ожидаю ничего, я хочу, чтобы вы были раскованными и естественными, просто будьте самими собой и позвольте вещам случаться. Что бы ни случилось, что бы ни произошло — без ограничений: хорошее и плохое, несчастье и счастье, жизнь и смерть — что бы ни случилось, пусть случится, просто не становитесь на пути. Расслабьтесь. Все существующее продолжает идти своим путем так хорошо, так совершенно — к чему вам заботиться о себе? Нет нужды в улучшении, нет нужды в изменении. Просто оставайтесь раскованными и естественными, и улучшение случится само собой, и последует изменение, и вы будете полностью преображены, но не собой. Если вы стараетесь, вы делаете то же, что и тот, кто пытается поднять себя за шнурки своих ботинок. Глупо! Не пытайтесь. Это как собака, хватающая свой хвост. Зимним утром, когда солнце встало, вы можете увидеть много собак, занятых этим: они молча сидят, наслаждаясь,и вдруг видят свой хвост сбоку от себя, он выглядит соблазнительно, и откуда знать им, бедным собакам, что этот хвост принадлежит им. Таково же и ваше положение, вы плывете в той же лодке; соблазн становится слишком силен и хвост кажется очень вкусным, его можно сьесть! Собака пытается: сначала медленно и молча, так что хвост остается неподвижным, но потом вдруг хвост начинает убегать все дальше и дальше. Начинается бурная деятельность, а потом собака начинает думать: «Что этот хвост думает о себе?» Это уже вызов. Собака прыгает, но чем больше она прыгает, тем больше прыгает хвост. Собака может взбеситься. Вот то, что все духовные искатели делают с собой: ловят собственные хвосты зимним утром, когда все прекрасно. Бесполезно заниматься своими хвостами, пусть они отдохнут. Будьте естественными и раскованными, кто может поймать собственный хвост? Вы прыгаете, хвост прыгает вместе с вами, вы чувствуете себя неудовлетворенным. И тогда вы приходите ко мне и говорите: В"Кундалини не поднимаетсяВ". Что я могу сделать? Вы преследуете собственный хвост и за этим занятием не видите прекрасного утра. Вы могли бы спокойно отдыхать со своим хвостом: много мух прилетит самих по себе, и у вас будет прекрасный завтрак, но когда вы ловите собственный хвост, мухи пугаются, и сама возможность завтрака... Просто ждите, зная, что вещи невозможно улучшить: они уже хороши и лучше они не станут. Вам остается только наслаждаться, все уже готово для праздника, всего достаточно. Не давайте вовлечь себя в бессмысленную деятельность, а духовное улучшение — это одна из наиболее бессмысленных видов деятельности.

...оставайтесь естественными, потому что Махамудра за пределами всех приятии и неприятии, поскольку Алайя нерожденно... Алайя — это буддийский термин, означающий обиталище, внутреннее вместилище, внутреннюю пустоту, внутреннее небо. Поскольку Алайя нерожденно, Никто не может воспрепятствовать ей Или осквернить ее.

Не волнуйтесь, поскольку ваше сокровенное естество нерожденно — оно не может умереть, поскольку оно нерожденно — никто не может осквернить или заслонить его. Оно бессмертно! Поскольку Целое дало вам жизнь, поскольку жизнь истекает из Целого, как может часть улучшить его? Все приходит из источника, пусть же он и создает все, а источник вечен. Вы без необходимости становитесь на дороге и начинаете толкать реку, которая и так течет в море. Никто не может воспрепятствовать ей или осквернить ее. Ваша внутренняя чистота абсолютна, вы не можете загрязнить ее. В этом суть тантры. Все религии говорят, что вы должны достигнуть этого. Тантра говорит, что это уже достигнуто. Все религии говорят, что вы должны настойчиво работать для этого. Тантра говорит, что из-за вашей настойчивой работы вы теряете это. Пожалуйста, расслабьтесь немного: просто расслабившись, вы достигните недостижимого. ...никто не может воспрепятствовать ей или осквернить ее. Вы можете сделать миллионы вещей — не волнуйтесь о кармах, потому что ни одно ваше действие не может осквернить или загрязнить ваше сокровенное естество. Это основа мифа о девственном рождении Иисуса Христа: его смысл не в том, что Мать Иисуса, Мария была девственницей — его смысл в тантрическом понимании. В своем путешествии по Индии Иисус встретил многих тантриков — он понял, что В"девственностьВ" нельзя уничтожить и что каждый ребенок рождается от девственницы. Христианские теологи были очень озабочены тем, как доказать, что Иисус был рожден девственницей. Нет нужды! Каждый ребенок рождается от девственницы, — поскольку девственность нельзя осквернить. Как осквернить девственность? Просто два существа — муж и жена или два любовника погружаются в глубокий половой оргазм. Как может это осквернить девственность? Сокровенное естество остается свидетелем, оно не часть этого действия. Встречаются тела, встречаются энергии, встречаются умы и от этого происходит блаженный момент, но сокровенная сущность остается свидетелем — вне этого. Девственность нельзя осквернить, а на Западе беспокоятся, как доказать, что Иисус рожден девственницей. А я говорю вам, что ни один ребенок никогда не был рожден недевственной матерью. Все дети рождаются от девственниц. Каждый момент, что бы ты ни делал, ты остаешься вне этого. Никакое действие не оставляет шрама на тебе, не может оставить. Когда ты расслабишься и видишь это, тогда ты не беспокоишься о том, что делать и чего не делать, тогда ты оставляешь вещи течь своим чередом, тогда ты просто плывешь, как белое облако, не направляясь никуда, просто наслсждаясь движением. Само блуждание прекрасно.< ...никто не может воспрепятствовать ей или осквернить ее. Когда остаешься в царстве нерожденного, вся видимость растворится в дхармах. Растворяться в дхармах означает, что все имеет свою стихийную природу. Если вы остаетсь в своей собственной обители, постепенно все растворится в свой природный элемент. Это от вас исходит беспокойство. Если вы остаетесь внутри вашего существа, в Алайе, во внутреннем небе, в этой абсолютной чистоте, тогда действие приходит и уходит, мысли приходят и уходят, как в небе облака приходят и уходят, не оставляя следа, многое случается, но глубоко внутри не происходит ничего. Там вы просто есть. Там есть только существование. Туда не достигает ни действие, ни мысль. Если вы остаетесь раскованным и естественным в этой сокровенной обители, вы постепенно увидите, что все элементы исчезают в своей природе. Тело состоит из пяти элементов. Земля постепенно уйдет в землю, воздух — в воздух, огонь — в огонь. Это происходит, когда вы умираете: каждый элемент уходит в свою стихию. Дхармы означают элементарную природу всего — все уходит в собственное обиталище. Вы уходите в свою обитель, и тогда все уходит в свою, тогда нет возмущений. Есть два способа жить и два способа умирать. Один способ — это жить, как живет каждый: вмешиваясь во все, совершенно забывая внутреннее небо. Другой способ жизни: пребывать внутри и позволяя стихийным силам следовать своим путем. Когда тело чувствует голод, оно будет двигаться и искать пищу. Просветленный человек остается внутри своего обиталища. Тело чувствует голод — он наблюдает. Тело начинает двигаться, чтобы утолить голод — он наблюдает. Тело находит пищу — он наблюдает. Тело переваривает, чувствует удовлетворение — он наблюдает. Он продолжает наблюдать, он больше не деятель. Он не делает ничего, он не деятель. Тело чувствует жажду — он наблюдает. Тело стоит и двигается — это стихийные силы делают свою работу. Не говорите — я жажду. Вы не жаждете! Вы вмешались в это. Это тело жаждет и тело найдет свой путь.
Оно пойдет туда, где есть вода. Если вы остаетесь внутри, вы будете видеть, что все происходит само собой, даже деревья находят источники воды без эго и без ума: корни будут расти и искать воду. Иногда они даже путешествуют на сотни футов, чтобы найти воду. И это было одной из самых удивительных вещей для ботаников, поскольку они не могут понять, как это происходит. Дерево здесь, а в сотнях футов на севере есть источник воды — маленький ключ, скрытый в земле. Как знает дерево, что корни должны двигаться на север, а не на юг? Источник в сотне футов, так что невозможно даже предположить, и у дерева нет своего ума, нет эго. Но благодаря стихийным силам дерево само по себе начинает отращивать корни на север, и однажды они достигают источника. Дерево достигает неба: в африканских джунглях деревья вырастают очень высокими. Они должны расти, потому что лес настолько густ, что если дерево не растет очень высоко, оно не достигнет солнца, света, воздуха. Поэтому они растут все выше и выше, они ищут свой путь. Даже дерево может найти источник воды — так о чем же вы беспокоитесь?

Поэтому Иисус говорит: «Взгляните на лилии в поле, они не трудятся, они ничего не делают, но все происходит». Когда вы сидите внутри своей обители, ваши стихийные силы начинают функционировать в своей кристальной чистоте. Не вмешивайтесь. Тело чувствует голод, тело само движется, и это так прекрасно наблюдать — как тело движется. Это действительно одно из наиболее чудесных ощущений — наблюдать, как собственное тело само движется и находит источник воды и пиши. Возникает жажда любви, и тело движется. Вы продолжаете сидеть в собственном обиталище и вдруг вы видите, что действия не принадлежат вам: вы не деятель, вы просто наблюдатель. Достигнув этого, вы достигли недостижимого. Поняв это, вы поняли все, что можно понять. Когда остаешься в царстве нерожденного, Вся видимость растворится в дхармах, И воля, и гордость уйдут в ничто. И когда вы увидите, что вещи случаются сами по себе, тогда из чего составите вы ваше эго и гордость? Как-можете вы говорить «я», когда голод идет своим путем, удовлетворяет себя, становится сытостью; когда жизнь идет своим путем, осуществляет себя, достигает смерти и отдыха?

Кто вы такой, чтобы сказать «я есть» ? Гордость Я, воля Я — все растворяется. Тогда вы ни делаете ничего, тогда вы не хотите ничего — вы просто сидите в своем сокровенном естестве, и трава растет сама по себе... Все происходит само по себе.

Трудно понять это, потому что вы были воспитаны, обусловлены, что вы должны быть деятелем, постоянно бдительным, двигаться и сражаться. Вы были воспитаны в среде, которая говорит, что вы должны бороться за свое выживание, иначе вы погибните, иначе вы не достигните ничего.

Ваше воспитание ввело в вас яд амбиции, и существует, особенно на Западе, бессмысленное слово В"сила волиВ«. Это просто абсурдно. Нет ничего похожего на силу воли — это фантазия, сон. Нет нужды ни в какой воле, вещи происходят сами по себе, это их природа. Случилось так: у Лин-цзы умер учитель. Учитель был широко известным человеком, но Лин-цзы был еще более известен, чем его учитель, потому что учитель был молчаливым, но через Лин-цзы он стал очень известен. Учитель умер — через Лин-цзы было известно, что он тоже просветленный и тысячная толпа собралась, чтобы выразить ему свое почтение и проститься с ним. Они увидели, что Лин-цзы плачет, причитает и весь в слезах, как малое дитя, у которого умерла мать. Люди не могли в это поверить, потому что они думали, что он достиг, а он плакал, как малое дитя. Это естественно для человека, находящегося в неведении, но когда человек пробужденный? Он сам учил, что сокровенное естество бессмертно, вечно, никогда не умирает, тогда почему?

Немногие, которые были близки с Лин-цзы, подошли и сказали ему: «Это нехорошо, что люди подумают о тебе? Уже пошел слух, люди думают, что ошиблись, считая, что ты достиг. Весь твой престиж поставлен на карту. Перестань плакать! Человек, подобный тебе, не должен плакать». Лин-цзы сказал: «Но что я могу сделать? Слезы текут. Это их дхармы. И кто я такой, чтобы останавливать их? Я не отвергаю, не принимаю, я остаюсь внутри себя. Сейчас текут слезы — ничего не поделаешь. Если престиж поставлен на карту — пусть будет так. Если люди думают, что я не просветленный — это их дело. Что я могу сделать? Я давно оставил деятеля, больше нет никакого деятеля, это просто происходит. Эти глаза плачут сами по себе, потому что они не смогут увидеть учителя снова — он был пищей для них, они жили этой пищей. Я очень хорошо знаю, что душа вечна, что никто никогда не умирал, но как научить эти глаза? Что сказать им? Они не слушают, у них нет ушей. Как научить эти глаза не плакать и как объяснить, что жизнь вечна? И кто я такой? Это их дело, если они хотят плакать — они плачут». — Оставаться естественным и раскованным значит вот что: вещи случаются, вы — не деятель. Если не отвергать и не принимать, воля Я растворяется. Само понятие силы воли становится пустым и бессильным, оно просто уходит прочь, и гордость исчезает в ничто. Трудно понять просветленного человека, никакие понятия не будут полезны. Что вы думаете о Лин-цзы? Он говорит: «Я знаю, но эти глаза плачут — пусть плачут, они будут чувствовать расслабление. Они не смогут вновь увидеть этого человека, это тело будет скоро сожжено, а они питались им. Они не знают другой красоты, кроме этого человека, другой милости. Они слишком долго жили, питаясь формой и телом этого человека. Теперь,конечно, они чувствуют себя голодными, жаждущими, теперь они чувствуют, что сама земля исчезает под ногами и они плачут!» Естественный человек просто сидит внутри и позволяет вещам случаться. Он не «делает». Тилопа говорит, что только тогда Появляется Махамудра — окончательный, Совершенно окончательный оргазм Со всем существующим. Тогда вы более не отделенное существо, тогда ваше внутреннее небо становится единым с внешним небом. Нет двух небес — небо только одно.

Страницы:  ← предыдущая  1 | 2 

 

↑ вверх


© Тибетская образовательная школа эзотерической астрологии, психологии и йоги «Sotis»
Гороскопы, персональные гороскопы, зодиакальные гороскопы, гороскопы на день, гороскопы на месяц, гороскопы на год, прочие гороскопы от астролога Дмитрия Синько